- Спасибо! - ответил не оборачиваясь.
Максим рассказал, что в два года сын начал рисовать так до сих пор карандаш не выпускает. Занимается в изостудии, участвовал в конкурсе детского рисунка. Мама у него жива и проживает в Германии. Множество её портретов, нарисованных по его представлению, говорило о глубокой тоске по ней.
Маша только покормила Лизу, как в комнату ворвался Ваня с криком: -Мама, телефон!
Звонили из школы по поводу Кирилла: - Максим Александрович обещал подойти ещё вчера, напоминаем, что ситуация с его сыном очень серьёзная.
Максим был в командировке, и Мария поехала в школу сама. Кириллу грозило исключение за неуспеваемость. По возвращении домой, она попробовала разобраться и пошла поговорить с мальчиком. Но он не хотел и слушать её, грубил и отказывался вообще разговаривать. На третий день Маша решила отступить, но вдруг пришло в голову – попробовать заинтересовать его в виде игры. Она заходила к нему каждый день после обеда, уложив дочку: Кирилл отнекивался, зевал, смотрел в окно, но её спокойный тон, приятный тихий голос начал пробиваться через завесу упрямства, заставляя прислушиваться к словам. Медленно пришли интерес и внимание. Она задавала ему вопрос и уходила, а через час возвращалась и слушала его. Если он молчал, Маша тот же вопрос, приводя правило, задавала в новой интерпретации, используя какую ни - будь комичную ситуацию - включаясь в игру, получалось смешно и весело. Так шаг за шагом незаметно они прошли табличное деление и умножение, в результате которого мальчик получил твердую тройку по контрольной. Постепенно круг интересов расширялся, кроме обязательных предметов, они говорили о великих мастерах живописи и их творчестве. В свои семь лет ребёнок знал так много, и его рассказы положили начало к их общему взаимопониманию:
-- Мой любимый художник - Крамской, ты видела его “Неизвестную”? у меня мечта научиться так рисовать, - смутившись, он даже сам не ожидал от себя такого решительного признания.
Заболела Лиза, всю ночь капризничала, а на утро пришлось вызвать врача. Серьёзного ничего не оказалось, но Маша не отходила от дочери, а Кирилл снова скатился на двойки и от занятий отказался. За несколько дней, что они не виделись, это был опять озлобленный мальчик. Мария пыталась расшевелить, разговорить его, но всё напрасно.
-- Что вы лезете ко мне? У вас есть Лиза, а у меня есть мама, моя мама!
Это было так неожиданно. Так вот что в сердце маленького Кирилла – обида, боль и ревность. Маша попросила Нечаева достать сборник иллюстраций русских художников:
-- Ты можешь, я знаю.
Очень редкое красочное издание, в нарядной упаковке было доставлено и вручено мальчику. Кирилл знал от кого этот подарок, старался скрыть восторг, всё ещё изображая обиду и равнодушие, но сияние глаз выдавали его радость. Вечером Маша постучалась к нему посмотреть, и они вместе листали альбом.
-- Спасибо. Извините меня.
Прошел год, многое изменилось в доме Андреевых. Ваня пошёл в школу, неохотно, но перечить отцу не решился. Беспрерывная беготня по дому, шумная возня с сестрёнкой уже достали всех. Маша не справлялась, хотя старалась поддерживать чёткий распорядок дня и при этом не навязывать жестких правил. Теперь по утрам она провожала своих мужчин, принимая каждый вечер заказы - блинчики, сырники, бутерброды. Дочка научилась сидеть, активно ползать, говорить простые слова, различать и узнавать близких. А к лету уже бегала по дому на перегонки с Ваней, у которого начались каникулы. Лиза незаметно прокрадывалась в сад, убегала кормить птичек, рыбок, ловила ярких бабочек, проверяла подшефных ежат, гнездо которых прежде нашел Кирилл. Только Маша быстро находила малышку, так как инстинктивно держала девочку в поле зрения, для необходимой безопасности. Связь Маши с дочерью не прервалась после её рождения, а становилась прочнее с каждым днём. Только этой шалунье разрешалось заходить в кабинет отца в любое время - она могла сидеть за его столом и рисовать, крутиться в кресле, путать его бумаги. Общение с дочерью доставляло ему расслабление и умиротворение, позволяя ей практически всё, он и сам получал ещё большее удовольствие, чем эта маленькая проказница. Братья тоже любили свою сестрёнку, играли с ней, читали сказки, гуляли в саду. Ей же нравилось забираться к Кириллу на диван, смотреть его рисунки и слушать рассказы. Иногда она там и засыпала, а брат спокойно рисовал, пока её не находила мама. Хорошо было летом: ухоженный цветущий сад благоухал ароматом цветов, ветерок шелестел яркой листвой, а в маленьком прудике, едва слышно плескались рыбки. Извилистые каменные дорожки, убегали змейками к беседкам и потом неожиданно пропадали. Маша любила сидеть в одной из них, наблюдать за игрой дочери возле воды: - Мама, смотри! Бабочка! Она хочет водички. Лиза бежит воде напоить бабочку. Иногда в беседку приходил Кирилл или Ваня забегал, присоединяясь к игре с сестрой. Так тихо и спокойно -- дети рядом, хорошо, только не хватает мужа.