Девочка круто изменила жизнь в доме. Установленный ранее режим менялся теперь под кормление, пеленание, купание, сон – когда все успокаивались и облегчённо вздыхали. Маленький Ваня часто заходил и сидел с Лизой, а при купании держал её за крохотные пальчики, она смеялась, а он что-то говорил на понятном только им языке. Ему было грустно видеть, как родители ласкают и целуют свою девочку, ведь в его жизни были только чужие тёти, они приходили и уходили. Он не помнит, чтобы отец, когда – ни будь брал его на руки и целовала мама, которую никогда не знал. Маша видела, как одиноко этому малышу живётся здесь и при возможности, притянув его к себе, целовала нежные щечки, чувствуя, биение маленького сердечка, а он крепко обнимал её своими тоненькими ручками за шею и однажды прошептал:
- А я могу называть тебя мамой?
Иногда, когда девочка спала, они ходили по дому, Ваня брал Машу за руку и говорил: - пойдём, тебе понравится.
Они гуляли по коридорам и закоулкам дома, присаживались на диванчики, переговаривались шёпотом, и вели себя как заговорщики. Это было похоже на игру, которая увлекала и забавляла обоих. Однажды заехала Зина, первый раз после переезда Маши. Она жутко терялась в обществе Максима и старалась избегать встречи с ним, узнав, что он уехал на переговоры, примчалась проведать будущую крестницу. В доме была первый раз - перетрогала и пересмотрела всё, что ей попадалось на пути, не выбирая и не стесняясь в выражениях:
- Чёрт возьми, вот это жизнь! - Долго рассматривала Лизу и в конце сделала заключение: - Андреевская порода, извини подруга, но твоего тут нет ничего.
Она быстро нашла общий язык с Ваней, и они весело болтами, смеялись и даже в столовой за обедом не переставали шутить, что не понравилось Валюше, наблюдавшей за ними со стороны.
- Что это за ведьма? - спросила она подругу, обратив на недовольное лицо той. Походив, по дому возмутилась: — это что за тёмное царство? Какой век на дворе? Снять, убрать немедленно!
Когда Маша вечером рассказала Максиму о предложении Зиночки, он просто сказал: - ты теперь хозяйка, делай всё что хочешь.
Сняли тяжёлые шторы, вымыли окна, со стен убрали унылые картины и дом заиграл другими красками, будто лёгкое дуновение ветра коснулось мрачных коридоров и комнат. Только Валюша ходила недовольная, ворчала, бубня себе под нос, видимо, что -то в адрес Маши.
Приближался первый праздник Лизы - смотрины, ей исполнился месяц. Приглашены были только Зиночка и Андрей. Даша с Иваном украсили гостиную шарами, официантка, работавшая в паре с поваром, за сервировала стол - яркая скатерть, цветные чашки, салфетки с детскими рисунками, тарелки с героями из сказок - всё было доставлено по заказу. Множество фруктов, соков, разложенных сладостей, в центре которых большой торт, испечённый по собственному рецепту Валюши. Мужчины приехали с подарками, а следом и Зиночка прикатила. Маша в розовом платье, с перехваченным в талии тонким пояском, с дочерью на руках вышла к гостям, а за ней Ванечка - нарядный и красивый, Кирилл же, в обычном домашнем костюме, появился позже. Дочь показали и уже её спящую забрала Даша. Неожиданно откуда - то появилось вино, сказали тост и не один - и за дочь, и за родителей. Сюрпризом для Маши было предложение Максима, который одел ей кольцо на палец и сказал:
- Говорю при свидетелях, стань, наконец, моей женой.
Вечер удался, все остались довольны. Но Маша заметила, что Кирилл ушёл рано, и с кусочком тортика постучалась к нему в дверь. Очень светлая комната: вдоль большого окна, по всей его ширине -- длинный стол со стеллажами по краям, на которых аккуратными стопками лежали книги и альбомы для рисования, шкаф с комодом -- всё белое. В центре комнаты на пушистом ковре стоял мольберт с едва заметным наброском на холсте. Кирилл лежал на диване лицом к стене, не глядя спросил:
- Что надо?
- Попробуй, очень вкусно. - Маша поставила тарелочку на стол. Не дождавшись ответа, вышла и услышала вслед стук разбитого стекла. Не складывались отношения с Кириллом, это удручало и мучило Марию. Почему этот мальчик был так озлоблен на всех и на весь мир сердит? Что его беспокоит, о чём он думает там в своей комнате, целыми днями не выходя? Очень похожий на отца; чёрные острые глаза, нахмуренные брови, сжатые губы, худощав и высок для своего возраста, немногословен - он был маленькой копией Максима. Машины вопросы Кирилл игнорировал и, поев молча выходил из - за стола. Как-то на окрик отца: - к тебе обращаются!