- Подумай, - согласилась Релена. - Я не требую немедленного ответа. Кстати, как обстоят твои дела после возвращения Трейза?
Дороти пожала плечами.
- Пока ничего не изменилось. Но изменится, я это чувствую. И в самое ближайшее время, - она усмехнулась. – Ты все точно рассчитала, подруга. Мне придется уйти. Две расчетливых сволочи на одном квадратном метре - это слишком, наш хрупкий мир такого не выдержит.
- Не наговаривай на себя, До. Ты – не расчетливая сволочь, да и Трейз тоже. Хотя временами вы и пытаетесь такими выглядеть, но получается неубедительно.
- Неужели?
- Именно.
- Тебе лучше знать. А еще лучше – Уне.
- Кстати, как они?
- Трейз и Уна? Никак. С чувством пьют кровь друг у друга. Он кружит вокруг нее, как голодная акула. Она не сдает барьеры. Сегодня у нас как раз семейный ужин: я, Трейз, Маримайя, и Уна. Семейка – обхохочешься. Единственный, кто совершенно искренне счастлив в этом бедламе – Маримайя.
- Ну, еще бы, - улыбнулась Релена. - Она неожиданно обрела отца, которым так восхищалась. Теперь у нее самая настоящая семья.
- Угу, члены которой, чисто между прочим, сживают друг друга со свету.
- Мне кажется, они скоро помирятся.
- Надеюсь, иначе это плохо закончится. Очень плохо – поверь мне.
- Они должны это сделать. Ради Маримайи.
Дороти раздраженно поморщилась.
- Пусть с ними, - и хитро прищурилась. - Кстати, как Юи пережил твой побег?
Релена сжалась.
- Не знаю, - тихо сказала она. – Я больше не чувствую его присутствие. Совсем.
- То есть? – лицо Дороти посерьезнело. – Хочешь сказать, он оставил тебя в покое?
Релена пожала плечами.
- Похоже, что так.
- И?
- Что «и»?
- Как эффект? Тебе стало легче?
- Нет, не стало. Но это был мой выбор, и я ни о чем не жалею. Все равно так больше продолжаться не могло. Не беспокойся за меня, До. Я справлюсь. Вот увидишь: пройдет немного времени и все будет хорошо. Просто дай мне это время.
Дороти долго смотрела на нее, а затем покачала головой и усмехнулась.
- Какой же он все-таки идиот, - коротко резюмировала она.
- А ты думаешь о Кватре? – вдруг спросила Релена.
Воцарилась тишина.
- Да, - наконец, ответила Дороти и, словно нехотя, добавила. – Иногда.
- Почему ты уехала? – не отступала Релена. – Ты ведь любишь его…
- Спасибо за предложение, Ри, - перебила Дороти, в ее голосе прозвучало недвусмысленное предупреждение. - Я действительно тронута твоим доверием. Обещаю все обдумать и дать ответ в самое ближайшее время.
Релена поняла намек.
- Буду ждать, - мягко сказала она. - До встречи.
- До встречи.
Дороти вышла из кабинета. Покинув здание правительства, она неторопливо зашагала по аллее. Все ее мысли сосредоточились на неожиданном предложении.
«Причем весьма выгодном и своевременном предложении», - расчетливо указал разум.
Будь это любая другая колония, она согласилась бы, не раздумывая, но должность постпреда на Х-81999 неизбежно сулила ей встречу с Кватре. Дороти было стыдно вспоминать о своем бегстве. Она, которая мнила себя смелой и решительной, бежала в панике, словно трусливый заяц. И это после всего, что связало их.
«Нас? Или меня? – в который раз задалась она вопросом и покачала головой. – Не лукавь, До. Не нужно пытаться все свалить на него. Он-то уж точно не причем. Это ты струсила. Сбежала, не дав ему возможности объясниться. Почему, До? Неужто это так невыносимо страшно - поверить кому-то? Расстаться с одиночеством? Какая ты, оказывается, слабая. Как мало в тебе достоинства и чести. Ты умеешь только причинять боль, а вот подарить счастье тебе не дано. Что ж… Забейся в свою конуру и сиди, дрожа от страха. А он? А он забудет о тебе. Это именно то, чего ты заслуживаешь!».
Стало горько. Девушка судорожно сглотнула подступившие слезы. Каждый день, каждую минуту она задавала себе один-единственный вопрос: почему? - и не могла найти ответ.
«Почему я ушла?»
В безоблачном небе сияло солнце, где-то чирикали воробьи.
В то же время.
Колония Х-81999.
Кватре потеряно мерял шагами библиотеку. Тишина давила на виски, тяжестью ложилась на плечи, горбила спину.
Дороти больше не было.
Опустел его дом.
Не будет больше остроумных дискуссий за завтраком и ужином. Не будет звона клинков и яростного призыва «Ан гард!». Не будет тихих вечеров за чашкой чая и обсуждением всего на свете: от прочитанных книг до торговых стратегий. Ничего не будет. Он решил, что приручил дикую соколицу, снял колпак, а она упорхнула и не вернулась. А так хотелось верить, что вернется! До боли в груди. До зубовного скрежета. Но… Нет, не вернется его соколица. Свобода ей дороже роскошной клетки в песках. Дороже его.
- Дори…
Тишина.
Боль в груди стала невыносимой.
- Дори… Почему?
Дороти больше не было.
Дороти ушла.
Вечер.
Земля. Особняк Кушренада.
Сказать, что семейный ужин в доме Кушренада проходил в теплой душевной атмосфере, значило жестоко погрешить против истины. Скрывшись под маской истинно аристократической невозмутимости, Дороти наблюдала за разворачивающимся шоу.
«Вернее сказать, фарсом», - подумала девушка, изящно орудуя ножом и вилкой.
Кузен занял место во главе стола. По правую руку от него сидела Уна, по левую – Маримайя. Дороти заняла место рядом с Маримайей, чтобы сполна насладиться спектаклем.
В просторной обеденной зале царила тишина.
«Напряженная тишина, - не без удовольствия отметила Дороти. – Я бы даже сказала чересчур напряженная. Стоит поднести спичку и – БУМ!!!»
- Дороти, не могла бы ты после ужина задержаться, - попросил Трейз. – Я хочу поговорить с тобой об одном важном деле.
«Ну вот, гром и грянул», - мысленно прокомментировала Дороти.
- Конечно, кузен, - невозмутимо ответила она.
Уна метнула на них удивленный взгляд, и снова опустила глаза, внимательно изучая содержимое тарелки.
«Нетронутое содержимое, - отметила Дороти. – Господи, как дети, честное слово!»
Она покосилась на Маримайю, которая светилась, словно солнце в июле, и с энтузиазмом уничтожала ужин.
«Вот кто искренне счастлив! – с легкой завистью подумала Дороти. – Ни забот, ни проблем! Молодец, Майя! Так держать, девочка! Жизнь еще успеет попортить тебе кровь и нервы, так что улыбайся, пока есть такая возможность. Дыши полной грудью, живи и радуйся!»
Она снова перевела взгляд на Уну. Здесь счастьем и не пахло.
«Ну, это скорее следствие вашего упрямства, леди, а не недостатка усилий со стороны кузена».
Наблюдать за этой оригинальной парочкой в последнее время стало ее любимым занятием, благо поводов для улыбок и размышлений они давали предостаточно.
«Господь явно создал их друг для друга. Такого гармоничного дополнения достоинств и недостатков, как у них, я никогда не встречала».
Перед глазами пронеслось лицо Кватре, но Дороти решительно запихнула воспоминания поглубже в сердце и сосредоточилась на Трейзе и Уне. Их взаимное притяжение было очевидно. Уна прилагала все силы, чтобы держать Трейза на расстоянии, а Трейз - не меньше усилий, чтобы это расстояние уничтожить. Когда они смотрели друг на друга, воздух разве что не искрил. Только слепой мог не заметить этого.
«Слепой или влюбленный, ибо влюбленные те же слепые. Любовь, как солнце. Если смотришь на него, то перестаешь видеть и понимать даже очевидное. Хм-м… Интересная мысль. Может, озвучить ее для них? Нет, пожалуй, не стоит. Не поймут. Они ослеплены любовью до полной одури. Встать между ними сейчас, значит, собрать все шишки и остаться виноватой. Мне это ни к чему. Пусть сами разбираются. Не маленькие».