Маримайя отодвинула пустую тарелку.
- Спасибо, - поблагодарила она.
- Тебе пора спать, - заметила Уна. – Завтра рано вставать.
- Конечно, мама, - девочка перевела взгляд на отца. – Ты посидишь со мной немного, - умоляюще попросила она.
- Конечно, дорогая, - мягко ответил Трейз. – Пойдем.
- Спокойно ночи. До свидания, Дороти.
- До свидания, Майя, - улыбнулась девушка. – Спокойной ночи.
Уна проводила их взглядом, в котором Дороти безошибочно прочитала зависть. Заметив ее улыбку, леди опустила ресницы и слегка покраснела.
«Как дети, ей-Богу!»
- Уна, могу я тебя попросить: когда Трейз спустится, скажи ему, что я жду его в кабинете, - Дороти невесело усмехнулась. - Что-то подсказывает мне, что речь пойдет о делах, а такие беседы лучше вести в соответствующей обстановке.
- Конечно. Я передам.
- Спасибо.
Трейз явился через полчаса. Услышав, как он вошел, Дороти устроилась поудобнее и принялась ждать. Кузен неторопливо занял кресло напротив и посмотрел на нее.
- Ты пригласил меня, чтобы объявить, что в моих услугах управляющего больше не нуждаются, но не знаешь, как мне это сказать помягче, - сказала Дороти и улыбнулась.
В синих глазах мелькнуло удивление и облегчение.
- Ты всегда была слишком прямолинейна, Дори, - тихо заметил мужчина. - Порой до грубости.
- Неужели я ошиблась?
Трейз на мгновение замялся.
- Не совсем.
- Значит, не ошиблась. Итак, я получаю почетную отставку.
- Еще раз повторяю: не совсем. У тебя остается состояние семьи Каталония, и я буду рад, если ты станешь моим советником. Я слишком много пропустил.
Дороти покачала головой.
- Увы, кузен, я думала, что ты уже понял.
- Понял что? – осторожно уточнил мужчина.
- Что вторые роли больше не для меня.
- Ты не будешь…
- Именно буду. И именно на второй роли. Рядом с тобой все будут на вторых ролях. Все, кроме одного. Точнее, одной.
- Кого ты имеешь в виду?
- О, умоляю, не надо быть таким неискренним! Ты кажешься смешным в этом наигранном недоумении. Я имею в виду Уну. Только она рядом с тобой уже не будет на вторых ролях. Она прошла эту стадию в лице полковника Уны и леди Анны. Сегодняшнюю Уну тебе не задвинуть и не скрыть в тени, слишком она яркая.
- Она всегда была яркой, - тихо заметил Трейз. - Но мало кто это понимал.
- Ты любишь ее? – внезапно спросила Дороти.
Губы Трейза дрогнули в улыбке. Чуть заметной и очень грустной.
- Я вернулся ради нее, - просто сказал он и уточнил. - Нет, не так - она вернула меня.
- Не понимаю.
- Я почти умер и вдруг почувствовал, что хочу жить. Почувствовал так остро и больно… А потом спросил себя: «Ради чего?». Мой собственный ответ немало удивил меня.
- Ради нее?
- Да, ради нее. Я сцепил зубы и начал пробиваться сквозь боль. К ней. И пробился. Однажды боль закончилась, а я все еще был жив.
Они помолчали.
- Надеюсь, ты собираешься сделать ей предложение? – спросила девушка.
- Собираюсь.
- Почему же медлишь?
- Я больше не уверен в ответе.
- Не уверен в ответе? – Дороти с трудом сдержалась, чтобы не расхохотаться. -После всех этих лет? После всего, что она сделала для тебя и ради тебя? Ты спятил, кузен? Она дышит тобой. И всегда дышала. Они обе – и полковник, и леди. Она жила ради твоей памяти и твоей памятью, стала матерью твоей дочери, а ты не уверен в ответе? Господи, есть ли предел мужской тупости?
- Ты забываешься, - строго заметил Трейз.
- А ты трусишь! – взорвалась девушка. - А, значит, проиграешь! Впрочем, это совершенно не мое дело. Я пришла услышать ответ на свой вопрос - я его услышала. Спасибо за честность, кузен, впрочем, иного я от тебя и не ожидала. Ты всегда был честен. По крайней мере, со мной. Спокойной ночи.
Дороти направилась к двери, но у порога обернулась.
- Поспеши, пока она не разочаровалась в тебе окончательно.
Неделю спустя.
Колония Х-81999.
Прием в честь нового постпреда Земли был очень роскошным и таким же скучным. Однако, noblesse oblige, как говорят французы. Пригубив шампанского, Кватре неторопливо окинул взглядом зал и замер. Напротив, в дверях стояла Дороти. Она была так красива, что на мгновение он решил, что ему привиделось. Кватре моргнул, но видение не исчезло. Это действительно была Дороти в элегантном вечернем платье цвета ночного неба, украшенном стразами и выгодно оттенявшем ее фиалковые глаза и белокурые локоны. Перед ней расшаркивался глава администрации. Едва понимая, что делает, Кватре направился к ней.
- О, господин Вайнер! - расплылся в улыбке глава, заметив его. – Позвольте вам представить мисс Каталония.
- Мы знакомы, - сухо заметил Кватре и гораздо мягче добавил – Добрый вечер, Дороти. Какими судьбами?
- Мисс Каталония – новый представитель Земли в нашей колонии, - объявил глава, прежде чем Дороти успела ответить.
- Представитель Земли? – глаза Кватре изумленно расширились. – А я подумал…
- О чем вы подумали, мистер Вайнер? – мягко осведомилась Дороти.
- Так, ни о чем, - отмахнулся Кватре.
Он не собирался признаваться, но, увидев ее, вдруг решил, что она приехала к нему, что она вернулась. Он ошибся. Это было всего лишь назначение. Она приехала, потому что к этому обязывала ее новая должность. Разочарование было жгучим и болезненным. Очевидно, он не сумел скрыть эмоции, поскольку Дороти вдруг спросила:
- С вами все в порядке?
- Разумеется, - коротко ответил Кватре, отступая. – Со мной все в порядке. Рад нашей встрече, мисс Каталония, и примите мои поздравления. Премьер-министр сделала мудрый выбор.
- Благодарю вас, - последовал сдержанный ответ. – Премьер-министр просила передать вам свою благодарность и наилучшие пожелания.
- Спасибо.
- Пройдемте, пройдемте, - суетился вокруг них глава. – Я представлю вам всех.
Кватре отступил в сторону, освобождая дорогу. Дороти коротко кивнула ему и прошла мимо. Она казалась спокойной и неприступной, словно скала.
«Может, это знак? – думал он, провожая ее взглядом. - Она дает мне понять, что та ночь была ошибкой, случайностью, и она хочет забыть о ней и обо мне, словно ничего не было?»
Вечер шел своим чередом. Кватре внимательно наблюдал за Дороти. Она одаривала всех одинаково равнодушной улыбкой и даже удостоила танцем расстаравшегося главу, однако вскоре ушла, сославшись на усталость. Охваченный разочарованием и ревностью, Кватре направился к выходу. Никогда еще он не чувствовал такой ярости и беспомощности. Добравшись до особняка, он распорядился приготовить аэрокар.
- Куда полетит господин? – почтительно осведомился слуга.
- В пустыню, - прошептал Кватре. – Там мне будет легче.
Слуга поклонился и исчез.
Полет прошел без приключений. Когда аэрокар приземлился, на небе вовсю сияли звезды. Выбравшись наружу, Кватре поднял лицо к небу и вдохнул все еще горячий воздух. Он не был здесь с того самого дня.
Дом встретил его сонной тишиной. Поднявшись по ступенькам, Кватре направился в свою комнату, но перед дверью замер. Именно сюда она пришла в ту ночь. Здесь, в этой комнате, она принадлежала ему. Там, за дверью, жили воспоминания о ее страсти и нежности. Кватре нахмурился.
«Значит, мне придется их изгнать!» – и решительно толкнул дверь.
Она стояла у окна. Кватре замер, боясь пошевелиться. Дороти неторопливо обернулась.