— Отстань от девочки! — раздаётся со ступенек твёрдый голос.
— Тёма? Ты что здесь делаешь? — спрашивает Таша и кидается на шею своему жениху.
— Слышал, что я сказал? — Артём обнимает свою невесту, но обращается к Ворону.
— Игнатов, иди лесом, — выплёвывает Матвей, и не думая убирать от меня руки.
— Ты охренел? — нахмурившись, Артём поднимается и встаёт перед нами. — Чужое трогать?
— Это моё, — отвечает и, будто в подтверждение, резко прижимает к себе, вырвав с моих губ шумный выдох.
Тёма больше ничего не успевает сказать, как Ворона отдирают от меня и толкают к стене.
— Ты уже всех достал, Ворон! — рявкает на него Влад.
— А меня ты достал, гомик, — Матвей сжимает кулаки и замахивается на моего друга.
— Так, что здесь происходит? — громко спрашивает декан, и я выдыхаю облегчённо. — А ну быстро разошлись, — рявкает, и зеваки, которые ждали хлеба и зрелищ, уходят кто куда. — А вы чего ждёте? — переводит взгляд на нашу компашку.
— Мы не закончили, — бросает Ворон Владу.
— Определённо, — кивает тот в ответ. — Пошли, провожу тебя до аудитории, — обращается ко мне, и я молча ухожу с ним.
— Добрый день, Артём, — слышу за спиной, как декан здоровается с женихом моей подруги.
Тёма вроде тоже здесь учился, но недолго, потом перевёлся в Московский университет. Ташу не жду, иду с Владом в аудиторию и снова набираю Алю, но всё без толку — абонент вне зоны. Начинаю уже серьёзно волноваться и решаю ехать в общежитие.
— Влад, — притормаживаю перед входом. — Я до Али не могу дозвониться, — признаюсь другу.
— Может, спит, — бросает Влад, скорее всего, не подумав.
— Это Аля, — с нажимом произношу.
— Точно, — останавливается и хмурится. — У меня важная лекция сейчас, пропустить не могу, давай после поедем к ней.
— Нет, я не смогу ждать, — мотаю головой. — Ты иди на лекцию, а я поеду.
— Ева… — начал было друг, и я даже знаю, что он хочет сказать.
— Всё будет в порядке, Ворон вряд ли за мной увяжется, — успокаиваю его, и спустя минуту размышлений Влад выдыхает, опустив голову.
— Только осторожно, пожалуйста, — проговаривает.
— Это ты осторожно, не смей драться с Вороном. Твоё лицо — это твоя работа, — напоминаю, что у нас много съёмок. — Иначе Альберт тебя съест, — усмехаюсь, чтобы сгладить атмосферу.
— И не поспоришь, — тоже смеётся, и мы прощаемся.
Общежитие нашего института недалеко, на машине и вовсе в нескольких минутах. До места назначения я доезжаю без происшествий, но путь проделан зря. Аля ушла утром в университет, и где она сейчас, никто не знает.
Я слишком хорошо знаю свою подругу — произошло что-то плохое.
Что делать, не знаю, поэтому еду в ближайший полицейский участок. Я уверена, что с моей Алей что-то случилось, она не стала бы просто так пропадать. А если бы и уехала куда-нибудь в срочном порядке, она обязательно поставила бы в известность меня или Ташу.
— Как давно она пропала? — устало спрашивает молодой мужчина в форме после того, как я озвучила цель своего визита.
— Утром ушла из общежития, и её больше никто не видел, — взволнованно отвечаю.
Чем больше времени проходит, тем сильнее чувство страха за подругу.
— Утром? — вопросительно выгибает брови. — Сегодня утром? — уточняет, и я киваю. — Девушка, вы издеваетесь? — восклицает и откидывается на спинку стула.
— Она никогда не пропускает лекции… — говорю уже не так уверенно. — И не стала бы…
— Гражданка…? — делает паузу, ожидающе глядя на меня.
— Дроздова Ева, — называю своё имя, сглатывая ком в горле.
— Так вот, гражданка Дроздова, человек может считаться пропавшим после трёх суток отсутствия, приходите через два дня, если не объявится, — бросает как-то раздражённо.
— Какие трое суток? Вы понимаете, что за столько времени многое может произойти? — возмущаюсь, начиная злиться.
— А вы понимаете, что это полицейский участок, и у нас настоящие преступники, которых нужно ловить, а не искать гулящих студентов, — повышает голос, но его тон меня не пугает.
— Гулящих, — повторяю задумчиво. — То есть, если через трое суток вы найдёте труп, то тогда уже можно дело открыть, а пока пусть какой-то маньяк режет её на кусочки, так? — распаляюсь и думаю, что, если бы не толстое стекло между мной и дежурным, я бы схватила его за плечи и потрясла хорошенько.
— Гражданка Дроздова, идите домой и не заставляйте закрывать вас в камере с бомжами, — проговаривает и корчит уставшее лицо.
— Значит, не собираетесь выполнять свою работу, — то ли спрашиваю, то ли констатирую.
Вообще, я далеко не конфликтный человек, и такое поведение больше подходит Але или Таше, но я очень волнуюсь и не особо отдаю себе отчет.