— Знаете, столько таких, как вы, сюда ходят, или сколько из этих пропавших объявляются на второй день в стельку пьяные или под чем-то ещё? Почуяли вкус свободы вдали от родителей, ходите бог знает где, пьянки, гулянки, а полиция должна все дела оставить и искать бухих студентов. Уйди уже домой и не трать моё и своё время, вернётся твоя подруга, — договаривает и закрывает окошко перед моим лицом, делая вид, что меня здесь нет.
Ну уж нет. Это вообще ни в какие рамки не входит, он должен как минимум заявление у меня принять. Мысленно возмущаюсь, пока достаю телефон и включаю камеру. Не свойственно мне подобным заниматься, но выбора нет.
— Дорогие подписчики, у меня проблема — пропала подруга, и как любой нормальный человек, я пришла за помощью в полицию, и как вы думаете… — начинаю говорить и снимать всё вокруг, не обращая внимания, на хмурое лицо дежурного.
Собственно, так увлекаюсь, что не замечаю, как мужчина покидает свою кабину и, схватив меня за локоть, выводит на улицу.
— По-хорошему уйди, иначе и правда закрою, — выпаливает мне в лицо, подтолкнув подальше от входа в участок.
Застываю от шока, обдумывая, как поступить и что сделать. Вздрагиваю, когда телефон в руке вибрирует, обрубая всё ещё идущую съёмку.
— Да, Таш, — со вздохом отвечаю.
— Ты нашла Алю? — с ходу спрашивает подруга.
— Нет, — бросаю и всхлипываю.
— Так, ты чего? — задаёт вопрос и несколько минут молчит, пока я рассказываю о своём походе в полицию. — Ясно, — заключает в конце моего рассказа. — Ты давай езжай в общежитие, я тоже сейчас подъеду…
— А смысл, Таша? Я уже была там, никто ничего не знает, — проговариваю и иду к своей машине.
— Там камеры, надо посмотреть, — отвечает подруга, и я перестаю лить слёзы.
Как я не подумала?
— Ладно, еду, — сообщаю, и на этом мы прощаемся.
Подъезжаем к общежитию почти одновременно и, припарковавшись за воротами, направляемся ко входу. Вряд ли нам кто-то разрешит просто так посмотреть записи с камер видеонаблюдения, но других зацепок нет, что-нибудь придумаем.
— У тебя всё нормально? Ну, кроме… — смотрю на Ташу, замечая грусть на её лице.
— Артём опять уехал, — вздыхает. — Устала уже от этих его поездок, иногда хочется бросить учёбу и просто быть рядом с ним, — добавляет, и я сжимаю её руку в знак поддержки. — Ладно, это не так важно, сейчас надо Алю найти, если ничего не найдём по камерам, я позвоню отцу.
Мы уже заходим в небольшой уютный холл, но за закрытой стеклянной стойкой никого нет, только наклеенная скотчем бумажка, где написано от руки «буду через 15 минут».
— Ну что за наказание, — бросаю я и сажусь на банкетку у стены.
Таша делает шаг вперёд, собираясь уместиться рядом, но тут открывается входная дверь, и в помещение заходит наша пропажа.
— Аля! — вскакиваем с Ташей одновременно. — Боже, что с тобой? — спрашиваю, тяжело дыша, когда вижу, что у подруги рука в повязке, а лицо опухшее и заплаканное.
— Девочки, — едва слышно произносит и разрывается громкими рыданиями.
— Господи, — бормочет Таша, прижав подругу к себе. — Пошли, — говорит и направляется к лифту.
Мы поднимаемся на третий этаж и заходим в комнату Али. Первым делом наливаю ей стакан воды, но она отказывается, мотнув головой.
— Напилась уже по горло, — бросает, и мы с Ташей только непонимающе переглядываемся.
— Алечка, что случилось? — спрашиваю, присев перед ней на корточки.
— Он меня нашёл, — коротко отвечает, и пока что ничего не понятно. — Грозный, — добавляет, и мы ахаем.
— Это… это он с тобой сделал? — киваю на руку в бандаже.
Дальше мы только и делаем, что слушаем и ахаем от её рассказа, понимая, что предупреждения Артёма на счёт этого парня были пылью, по сравнению с реальностью.