Мальчишка поворачивается ко мне. Губа разбита, да и только. Аяру досталось больше. Я точно знаю, что виноват Фрит. Он драчун, уличный пацан и не может без драк. За время его появления здесь он спровоцировал уже более десяти драк, но попался только на двух до сегодняшнего дня.
Фритджоф – мирный вор. Прилагательное в значении имени словно издёвка, этот мальчишка никогда таким не был. Что мне в нём и понравилось.
Сейчас он смотрит мне в глаза, усвоив прошлый урок, но боится до дрожи в руках, отчего сжимает пальцы в кулаки с неимоверной силой. А в лазах так и виден лютый ужас. Я предупреждала его о том, каким будет его следующее дополнительное наказание.
Провокатор получает наказание больше, чем тот, кто повелся на провокацию. Особенно это касается старших, а Аяр по статусу младше Фрита, потому что он здесь всего месяц.
- Ты ведь понимаешь, что я не нарушаю своих слов? – спрашиваю я, подойдя к нему в плотную. И вот он момент, когда хрупкое сердце ещё не повзрослевшего ребенка не выдерживает. Ресницы дрогнули, а глаза опустились в пол. Он боится смотреть на меня, - Смотри мне в глаза, когда я с тобой говорю! – притянув его за ворот футболки ближе, говорю со злостью, которая потоком хочет вылиться на него, но, умея контролировать гнев, я лишь каплями ее выпускаю для нужного эффекта, - Учись у старших, Фрит! Ты теряешься, последнее время. А если бы шла не я!?
- Злость не контролировал, - всё, что смог проговорить он.
- Ах не контролировал? А ты думаешь мне легко себя контролировать, видя такое!? Я устрою тебе сегодня выплеск злости! Хочешь?
- Не надо, Мэл. Прошу.
- О нет. Я не нарушаю своих обещаний. Ты снова был пойман, провинился, спровоцировав драку. Как я могу закрыть глаза на такое!?
- Меня бесит его вид раненного щенка! – крикнул он мне в лицо.
- Да что ты говоришь! – я со всей силы швырнула его в стену. Снова взяв пацана за шкирку, продолжила, - Я тебя тоже считаю раненным щенком, имею право избить!?
Он окончательно меня разозлил. Я ненавижу такое отношение. Оно несправедливое и низкое. И мной оно вырывается с корнем из всех, в ком замечено. Бить только на ринге, унижать в словесной перепалке на ринге, но во всех остальных случаях никакого буллинга. Увижу – убью!
- Еще раз увижу или услышу, ты вылетишь отсюда нахрен! – тихо, но сквозь зубы, говорю я ему на ухо, - Обратно пойдешь в подворотню торговать наркотой. Пока мы же тебя и не поймаем. И ты знаешь, какой у нас разговор с такими как ты! Помни, откуда тебя вытащили. Щенок! – словно плюнув ему это имя в лицо, отпускаю.
- Да, Мэл, - глаза опущены в пол, а руки все еще в кулаках.
- Живо в зал! – безоговорочно Фрит побежал в зал, где его будет ждать наказание.
И ведь я же его и привела сюда. Ему всего тринадцать, а пацан уже перепробовал все наркотики и торговал ими направо и налево. Конечно же, не от хорошей жизни: матери нет, а отец алкаш постоянно избивал и водил непонятных женщин и мужчин домой, которых, видите ли, кормить нужно. И кому как не Ване, так зовут Фрита, это делать. Он заставлял сына откуда угодно, но доставать ему выпивку и закуску. И Фрит бы давно сбежал от такого придурка, но у него есть младшая сестра. Отец угрожал с ней расправиться, так как она не от него и ее не жаль, если Ваня не принесёт то, что нужно.
Торговал наркотиками он не особо умело. Схватила бы полиция – все, потеряли пацана. Но его нашла я. Валдай до сих пор не знает, что он связан с наркотиками. Мне удалось убедить главу взять мальчика к нам, а его сестру оставить в особняке. Ей пока всего три, но за ней есть кому присматривать.
У Фрита есть талант к воровству. Поэтому такой позывной, после двухнедельных испытаний ему и дал Валдай.
И теперь я должна этого мальчика наказывать. Печально, но за время, проведенное здесь, я смогла научиться гасить в себе чувство жалости к провинившимся. Каждый здесь должен знать, что попал не в сказку. Это лучше того ада, в котором мы находились до этого, но далеко не рай. Совсем не рай.
Я спускаюсь вниз, раздумывая о том, что хотела сделать уже очень давно. Чтобы усмирить Фрита мне нужно больше полномочий, а для этого он должен быть в моей банде.
Сразу направляюсь в раздевалку. Драться в своей повседневной одежде мне не хочется, кровь плохо отмывается, а чужая кровь бесит вдвойне.
Надеваю спортивный рашгард на молнии, свои любимые черные спортивные карго и удобнейшие кроссовки. Хвост затягиваю потуже. Беру свои бинты из шкафчика, кладя на их место пару крашений, что надевала сегодня, и иду в зал.
Звук борьбы, крики и маты – уже симфония для моих ушей. Они стали мне родными, хотя в первую мою встречу с этой «музыкой» я была готова вопить от ужаса и сбежать при первой же возможности…что, собственно, и сделала.