- Мэри, - остановившись, он покачал головой и посмотрел мне в глаза. Сколько в них насмешки, азарта, злости. Не сулит мне этот набор ничего хорошего, - Мэри, Мэри, Мэри. Ты такая наивная, - что? Я наивная? – Когда же ты поймешь, что я от тебя не отстану? Особенно не отстану, если ты мне должна. А ты должна, - он подвинулся еще ближе. Наши носы соприкоснулись.
Это касание заставило меня замереть. Буквально полностью. Я не дышу. Не могу просто. Его глаза расплываются, я не могу сфокусировать взгляд. От чего еще сильнее теряюсь.
- Дыши, Мэри, - с насмешкой говорит Саша, сильнее сжимая мое предплечье, - И прочти наконец сообщение. Через пять минут я жду ответ от тебя. Если опоздаешь с ним, я за себя не ручаюсь, - он усмехнулся и, развернувшись, ушел.
Я оседаю по стене вниз. Глубоко вдохнув и выдохнув, я опустила лицо в ладони. Нужно успокоиться, встать и уйти отсюда.
Интересно, он вообще хоть знает, что кличка Мэри больше подходит Марии, а не Марине. Пусть найдет себе Машу, раз так нравится это имя, и издевается, а меня оставит в покое.
- Что у тебя с Сашенькой? – женский голос вырвал меня из «дыхательной практики успокоения». Поднимаю взгляд и натыкаюсь на недовольное лицо одной из подружек нашей «королевы» с застрявшей звездой во лбу.
Соня давно бегает за Сашей. У них там свое «дружеское» распределение в компашке. Весь универ знает, что Ангелина «присвоила» себе Дениса, Соня – Сашу, Люда – Кирилла, Полина – Никиту. Какие они глупые и бесячие девицы. Мы всегда с Ритой их недолюбливали: тупые как пробки, но столько величия и высокомерия, что аж тошнит. Иногда столько высказать им хочется, особенно когда права качают при всех и пытаются управлять студентами, будто права на это имеют. Но мы всегда держимся, а то так можно и не совладать с собой – вцепиться одной из них в волосы и испортить личико, пережившее столько пластики.
Не знаю, что они там напридумывали себе, но четверка дьявола над ними только стебется. А Денис вообще их предводительницу ниже плинтуса опустил. И эта дура продолжает за ним бегать. Боже, ну что за идиотки. И теперь еще и ко мне привяжется. Конечно, мне же одного Соколова мало.
- Тебя еще не хватало, - пробормотала я и встала, - Отвали, Соня, - говорю я, пытаясь пройти. Я настолько на взводе, что не выдержу и ударю ее, ну серьезно. Когда-то ходила на уроки самообороны, могу в нос точно дать. Который, кстати, у нее не очень красивый после неудачно ринопластики. Может как раз вправлю и исправлю?
- Я с тобой не до говорила! Это во-первых, а во-вторых, для тебя София! – со злостью и практически криком говорит она, отталкивая меня обратно к стене.
- Мне плевать, у меня дела! И лучше не нарывайся, – говорю я, толкнув девушку, чтобы пройти.
- Еще раз увижу тебя с Сашей…
- Если так хочешь, чтобы он ко мне не подходил, то иди и выноси ему мозг, я не горю желанием на него даже смотреть! – сорвавшись, кричу я и быстрым шагом иду на остановку.
- Я тебя еще проучу! – кричит она.
- Пошла ты! – ору в ответ, даже не обернувшись.
Вот вообще не до нее. И даже не страшно, что она там придумает для меня, у нее слишком скудное воображение. Не такое, как у Саши.
- Черт! – пинаю камень, лежащий на моем пути, - Да что же за жизнь такая? – шепчу, устало потирая лоб.
- Мэри, да ты мастер находить неприятности на свою привлекательную задницу, - застываю на месте. Как я могла его даже не заметить? Шла смотря в пол, полностью погруженная в раздумья, - Это конечно всего лишь небольшая царапина на моей малышке, но ты же понимаешь, что это уже вторая моя вещь, которая попала под твою неуклюжую руку. Хотя здесь будет точнее сказать, ногу.
Медленно поворачиваюсь. Саша указывает на машину, точнее на заднее крыло, где была содрана легонько темно-синяя краска. Это буквально пара сантиметров царапины, но черт, это я попала камнем!
- Что за счастье, - бормочу и поворачиваюсь к Саше. А он блин улыбается, хитро и весело, его явно позабавила эта ситуация. Нет, его в принципе смешит все. Ему весло. Он издевается надо мной ради собственной забавы. Страдания таких как я, приносят таким как он много радости. А то скучно живется тем, у кого все есть, - Дай угадаю, - говорю устало я, - Еще одно желание?
- Не угадала, - и выражение его лица из насмешливого вдруг превращается в гримасу злобного сумасшедшего доктора, который задумал, что-то невероятно жуткое, но веселящее его самого, - Три желания.