Тряхнула головой, разгоняя туман в мыслях, и постаралась сосредоточиться. Потянулась к лицу княжича, указательными и большими пальчиками край повязки подцепила, на лоб грубую ткань собирая, а открыв глаза его, в ужасе ладонь к своему рту прижала, вскрик заглушив…
Глаза молодца выглядели болезными. Белки кровью налиты, а некогда медовая радужка поблекла, и её пронизали чернильные жгуты проклятия. Веки и кожа вокруг тёмная и воспалённая, испещрённая сетью морщин, как у старика. Жилы у висков вздулись.
Никогда Верея не видела такого!
– Всё настолько плохо? – криво усмехнулся княжич, услышав, что ведунья молодая аж дыхание затаила от открывшегося ей зрелища. Он-то ни разу с тех пор, как ослеп, глаз своих не видел. А судя по реакции девицы, вид у него не из лучших.
– Да… – выдохнула, с духом собираясь. – Пожалуйста, закрой глаза.
Молодец выполнил просьбу. Верея положила одну руку ему на голову, другую на солнечное сплетение. Смежила веки и потянулась к глубинам его жизненной реки, как и в прошлый раз с детьми купца.
Вобрав полную грудь воздуха, задержала его на мгновение. На выдохе решительно, но плавно погрузилась в бурлящий поток жизненной силы воина. И сразу понеслась по быстрому течению, прочь от яви, всё больше удаляя свою душу от тела.
Чёрная воронка чужой ворожбы прошила тело жгутами боли и ядовитыми шипами. Не хотела пускать, опутывала руки и ноги вязкой паутиной, гневно шипела и сковывала движения, норовила попасть в рот и нос и загубить вторгшеюся девицу. Но Верея отважно сражалась с тёмным колдовством, упрямо плыла на звук буйно стучащего мужского сердца.
Кувыркнулась в недрах, потеряв всякую опору, и уже не могла распознать, где дно русла, а где небо. В какую сторону грести? Стало так холодно, что, казалось, бесплотное тело её покрылось ледяной коркой, вытягивавшей тепло, забивавшей дыхание.
С непосильной для неё ворожбой она столкнулась. Слаба ещё. Не сможет побороть. Проклятье ведьмы накрепко въелось в Яробора когтями. И отпускать добычу не собирается.
Невиданная сила скрутила. Паника и страх забурлили внутри, пронзая холодом до самых костей. Отчаянно извиваясь, Верея заставила себя во чтобы то ни стало вырваться, изворачиваясь и дёргаясь, но её, наоборот, завертело. Почувствовала, что захлёбывается, истончаются её последние остатки силы. Проклятие тянуло вниз на самое дно, во тьму, в ворота чертогов мрака.
«Мой он. Не отдам тебе! – шипел, что змея, изломанный, скрипучий голос дряхлой старухи. – Погублю, тварь светлая!
Тонкая нить, связывающая Верею с телом, стремительно истощалась и таяла. Медленно провалилась она в кромешную, ледяную тьму, как вдруг иная, ярая сила вытолкнула её душу обратно в явь…
Верея отдёрнула похолодевшую руку от Яробора, отшатнулась от него в страхе и повалилась на зад на пол избы. Карябая ногтями доски, пыталась ухватиться за расколовшийся привычный мир. Её дух слишком долго парил в недрах Нави.
Казалось чернильная муть русла до сих пор заполняла свинцовую грудь. Тошнота душила.
«Дыши! Не смей сдаваться!» – а это уже голос той, что помогла вернуться в Явь. Дух древлянки, хозяйки ветхой избушки, что жила здесь до них.
С усилием Верее удалось сделать вдох, а после ещё и ещё. Она наново училась дышать. Сердце трепещущим комком стучало в самом горле.
– Эй? Ты как?! – Мужской обеспокоенный голос ворвался в хаотичные мысли. Кто-то легонько тряханул её за плечи. – Верея!!
Круговерть перед взором улеглась, чужая тьма и давящая могильной плитой воля отступили, и Верея различила перед собой склонившегося над ней Яробора. Он стоял на коленях и морщился от боли в ранах, от напряжения мышц повязки снова пропитались кровью.
– П..пусти, – промолвила, еле слышно.
Он сразу же разжал руки, а она отползла от него к стене. Как только спиной нашла опору, подтянула колени к груди и обняла себя руками. Тело всё ещё сотрясало дрожью.
– Верея? С тобой всё в порядке? – спросил княжич, ещё в начале ощутив, как только девица его коснулась, что что-то пошло не так.
– Да… – отозвалась она сиплым голосом. – Прости. Я… слишком слаба. Не вступила ещё в полную силу, клятвы Ладе не давала.
Поднявшись на ноги, пошатываясь, побрела к двери. Ей нужно побыть наедине с собой, подумать. До немоготы хотелось на свежий воздух!
– Я в лес, силки проверю, – наплела первое, что в голову взбрело. – А ты ложись, не то раны вновь откроются.
– Верея, постой, – княжич руку ей в след выбросил, но схватил лишь пустоту. Девица уже в сени ускользнула, а через мгновение скрипнула входная дверь, да быстрые шаги по порогу прозвучали.