– Уходи, Яробор! – осипло произнесла она откуда-то сверху. – Я на скале, им меня не достать, а на тебя нападут. Здесь их двое, но в округе бродят ещё и другие. Уходи, прошу…
Чувствовал княжич, что обманывает его девица. Не в безопасности она находится, а за него глупая переживает.
Как он может уйти и бросить её?.. Никогда! Ежели и суждено ему тут помереть, то так тому и быть.
***
– Ай-яй-яй, Ягинюшка, беда!
Крик Баюна застал русоволосую хозяйку терема врасплох. Ягиня замешивала у печи тесто на пироги, приговаривая ласковые слова, чтобы расстоялось и сдоба пышнее получилась. Будет чем потом гостей потчивать с дороги.
– Что там такое, котик?
– Мя-яу! Бросай скорее своё тесто, да к блюдцу ступай, – пушистый чёрный комок запрыгнул на лавку, поставил лапы на край стола, аккурат у пузатой опарницы. – Ведьма треклятая опять козни строит, изжить княжича с ведункой со свету пытается!
– Ну-ка. – Ягиня ополоснула руки от муки в ковше и поспешила к белому блюдцу, по краю которого катилось румяное яблочко.
А там на дне отображалось, что в Яви творилось. Как двое огромных волков, загнав Верею на скалу, теперь рыча и скалясь наступали на княжича. Ещё двое со спины подкрадывались.
– Никак не уймётся сестрица моя непутёвая, – качнула головой. – Не справился ты, кот. Просочились её жгуты тьмы в пограничье леса сквозь мои чары обережные.
– Мяу. Выручай, хозяйка, бедовых.
Глава14
Не послушал Яробор её! Не ушёл, не бросил. Решил бороться до конца.
Верея подползла к самому краю скалы, с ужасом наблюдая, как два крупных волка всё-таки заинтересовавшись новой добычей, оборачиваются на звук приближающихся шагов княжьего воеводы. Расходятся и медленно огибают его с двух сторон. Изо рта их валил густой пар.
Сердце сжалось в страхе за молодца. Порвут! Мысли роились пчёлами в голове.
Верея пробовала направить хлысты корней древ на хищников, оплетала им задние ноги, но хрупкие оковы просто сгорали в чёрном пламени! А лес стенал от причинённого ему вреда. Верея ощущала его боль, как свою собственную, и бросила это гиблое дело.
Тяжело дыша, стиснула пальцами мох, с горечью осознавая, что ничем помочь Яробору не может. Силы её на исходе. Какая она слабая!
Если бы только ей удалось спуститься и достать обронённые стрелы. Или лучше отвлечь голодных зверей вновь на себя…
…Княжич бесстрашно ступал вперёд во тьму, решив для себя, что отдаст свою жизнь за ведунью, если потребуется. Но прежде, порешит мохнатых тварей.
Злое рычание волков расползалось в стороны. Догадался, что они его хотели окружить и напасть.
Не делая резких движений, Яробор убрал в голени сапога кинжал и обнажил свой меч. Удерживая обоими руками тяжёлую острую сталь, выставил его перед собой и поднял рукоять на уровень груди, дабы казаться выше ростом и грознее. Громко взревел в попытке отпугнуть волков.
Звери зарычали в ответ. Нет, эти не уйдут, не отступят. Жажда крови добычи уже завладела ими.
В ночной тиши княжич слышал, как их бока раздувались от частого дыхания. Слушал, как шуршала трава под тяжёлыми лапами. И на вскидку прикинул сколько шагов до зверей, а от прочих звуков отрешился, чтобы не пропустить атаку.
«Тук-тук!» «Тук!» «Тук!» – глухой стук похожий на удары камня о камень доносился из-за фигур волков.
Сообразительная ведунья стучала по скале, ориентируя его, где она находится.
– Сюда! – Верея надеялась, что молодец поймет. Ему надо защитить спину! Но прежде пройти мимо свирепых хищников.
Вдруг она услышала тихий шёпот. Тот звучал из ниоткуда и отовсюду одновременно, словно сам лес нашёптывал ей, а слова эхом отдавались в голове.
…Это древнее заклятье, разумела. Им с молодцом помогали мудрые духи леса!
Губы повторили вслух. Верея зажмурила глаза, надеясь, что остатков сил хватит. Она почувствовала, как от её души потянулась невидимая нить, рассекла ночную тьму и коснулась души Яробора, связывая их.
А когда открыла веки, то была уверена, что княжий воевода будет видеть то, что и она.
– А-а! Что за?! – вскричал молодец, глаза его защипали, зарезали. Он тряхнул головой, но мимолётная боль уже прошла.
– Сними повязку, Яробор! Теперь ты с волками на равных. Я буду твоими глазами в этом сражении!
С неверием княжич спустил повязку на шею и с усилием раскрыл слипшиеся от крови веки, вытер об рукав влажной рубахи… он видел. И правда видел!
Не собственным зрением, а иначе. Глазами ведуньи.
Видел себя с высоты стоящего с поднятым мечом напротив двух ощетинившихся волков. Какие те громадины-переростки!