Лисова-старшего куда больше волновали проблемы, создаваемые его неугомонным чадом, чем то, что творилось на его предприятии. И до сих пор пребывая не в себе после окончания обысков, так что не помогала даже ударная доза коньяка, который он специально хранил для таких случаев у себя в кабинете, мужчина весь вечер был как на ножах, узнав, что сын опять не явился на лекцию, решив забить на учебу. Где шатался этот парень, проводя время за пределами университета, оставалось только догадываться, потому что его телефон был все время отключен.
Благополучно свинтив из универа еще до начала лекции, в тот день Артем Лисов там больше не появился. И продолжая проигнорировать поступавшие на его телефон звонки от родных, он притащился домой лишь ближе к полуночи. Уверенная, что её сына уже грохнули за понты и скандальное поведение, мать успокоилась, когда он объявился дома, наплевав не только на занятия, но и на переживания своих близких.
Собственно о причине его побега с универа с ним и хотел как раз поговорить отец, переходя на повышенные тона, а порой на мат, словно он беседовал не с сыном, а с одним из не выполняющих план продаж подчиненных. И словно чувствуя, что в этот раз разговор получиться отнюдь не из легких, парень тянул с возвращением домой как мог, не горя желанием лишний раз сталкиваться с отцом и выслушивать от него кучу претензий в свой адрес.
Совершенно равнодушный к посиделкам в семейном кругу, он предпочитал их игнорировать, заваливаясь в гостиную, когда от общения с родней было некуда деться. И сейчас получалась точно такая же ситуация, хотя со стороны складывалось совсем другое впечатление. Как будто ему нравилось доводить до кипения собственного отца, который из-за проблем на работе и так постоянно был на взводе, а тут ещё он подкидывал проблем, словно специально не позволяя ему толком расслабиться.
В общем, главу семейства огорчали не только проблемы на холдинге, но и поступки собственного чада. И уязвленный недостойным поведением сына, перешедшего в последнее время все границы, Лисов-старший намеревался выяснить, что с ним происходит и по возможности устроить ему хорошую взбучку.
Прошло немало времени, когда дверь в гостиную, наконец, открылась, и, повернув голову на звук шагов, Евангелина встретилась взглядом с опоздавшим «гостем». Остановившись на полпути, парень обвел украдкой взглядом родных, и, обратив внимание, что его отец пребывает далеко не в самом лучшем расположении духа, втупившись в экран своего смартфона, молча прошел к столу, не расставаясь с гаджетом даже во время ужина.
Ему не было никакого дела до семейных застолий и традиций, в целом. От всех этих понятий, по мнению самого Артема, несло средневековой плесенью и трухней. И не спеша придерживаться их ни тогда, ни сейчас, он не всегда посещал гостиную даже во время праздников, предпочитая завтракать и ужинать у себя, лишь бы не видеть перед собой опостылевшие «рожи» своих близких.
Так что живя с этими людьми относительно недавно, Евангелина не могла с точностью утверждать, что была готова разделить его взгляды на семейные ценности, несколько иначе представляя себе подобные вещи. У неё просто не укладывалось в голове, чтобы она могла обедать в разных комнатах со своим отцом, когда для этого существовала общая кухня. Ведь подобные посиделки устраивались не затем, чтобы просто набить себе брюхо и утолить свой голод, а пообщаться с близкими после насыщенного дня. Только этот парень считал иначе.
Ни с кем не поздоровавшись и сделав вид, будто здесь не было никого вообще, он сел за стол, не в состоянии закончить телефонную переписку. Еле слышно вздохнув, его мать, красивая моложавая брюнетка, от которого он унаследовал такой же темный оттенок глаз, нехотя потянулась за столовыми приборами, почувствовав в воздухе бурю, предотвратить которую было невозможно.
Беззаботность этого парня умиляла, но сделать его более дисциплинированным не мог никто. Это плохо вязалось с его свободолюбивой натурой и своеобразными взглядами на жизнь. Впрочем, от отца не ускользнуло его безалаберное отношение к посиделкам в кругу семьи. И приготовившись устроить ему хорошую взбучку за то, что он опять соизволил притащиться на ужин с телефоном, Лисов-старший просто стал ждать подходящего момента для нападения, до последнего оттягивая с процедурой неотвратимой мести.