- Какие люди! – Издевательство в голосе Кристины говорило само за себя. Она и раньше не отличалась великодушием. Стремясь к намеченной цели, она готова была идти по головам. И я не могла винить ее за то, что она ухватилась за предоставленный шанс.
- Кристина, оставь нас, пожалуйста. – От строгости голоса, тренер казался стал еще страшнее, нежели на тренировках, когда требовал от своих подопечных всей отдачи. Кристине явно не понравилось, что с ней разговаривают в таком тоне, но спорить не стала. Лишь проходя мимо, она одарила меня тем самым взглядом, который я сама использовала при победе. Теперь победила она. И мы обе это знали.
Когда Кристина вышла и закрыла за собой дверь, я почувствовала что меня, как-будто загнали в комнату пыток. Тренер всем своим видом показывал что зол, так как рассчитывал вывести меня на профессиональный уровень, отправив на Олимпийские. Вместо этого ему придется отправлять Кристину, у которой шансов на победу были ничтожно малы, хоть на отборочных она и показала довольна неплохие результаты. Но ей еще предстояло много работать.
- Думаю, ты знаешь, что я собираюсь сказать. - Начал Семен Васильевич. Я кивнула, отведя взгляд в ожидании продолжения. - Так что скажу просто: ты меня разочаровала. Освободи шкафчик, а пропуск оставь на выходи.
Мне не нужно было повторять дважды. Спорить я не собиралась. И так понимала, что оправдываться не было смысла. Ведь тренер был прав. Я сама виновата, что не уследила за здоровьем. Чем и поплатилась.
Через час я ехала на такси по вечернему городу. От мысли что теперь все рухнуло было больно. Я не хотела с этим мириться, но должна была признать, что все потеряно. И хочешь, не хочешь я должна была свыкнутся с этой мыслью.
Домой я приехала лишь к полуночи. А пока ехала, пыталась решить что теперь делать? Как жить дальше? И как сообщить Антону о случившемся? Сначала была мысль позвонить и рассказать все как есть. Без утайки. Но потом отмела эту идею, решив ничего не говорить. Это была моя проблема и я должна была сама найти решение.
Я зашла в свою квартиру, скинула куртку и прошла в гостиную. После тяжелых дней в больнице принять душ и смыть с себя весь груз за день было одной из важных дел. По привычке я включила телевизор, чтобы послушать новости и зашла в ванну. А когда закончила и зашла в гостиную, бросила взгляд на экран телевизора.
Полотенце, которое я все еще держала в руках, тут же выпало из рук. Но мне было все равно. С экрана телевизора на меня смотрело лицо Антона. А рядом с ним стояла его бывшая невеста. Я схватила пульт и прибавила громкость.
«Уже немного времени осталось до намеченной на конец октября свадьбы самого молодого миллионера Москвы Швецова Антона с его невестой Анастасией Мартыновой, владелицы модного бренда одежды и наследницы нефтяного магната, с которой он встречается уже семь лет».
2 глава. Прошлое - это картина, на которой все плохое со временем тускнеет, а хорошее становится ярче, но в другом свете. (Олег Кузнецов)
Наши дни.
Когда я вспоминаю тот день, мне почему-то становится холодно и одиноко. Я сразу укутываюсь в плед, пытаясь согреться. Но это не помогает и мне приходится заставить себя вставь, и одеться теплее. Я догадываюсь что холод не из вне. Дом достаточно прогрет чтобы ходить в шортах и футболке и не мерзнуть. Причина внутри меня. В том месте где должно быть сердце, теперь кусок льда, который становится лишь больше. Но при этом я не чувствую себя безжалостной и мне не хочется причинить кому-то боль. Если только самой себе.
Я завариваю кружку с горячим шоколадом и возвращаюсь на диван, вновь укутавшись в плед. Взгляд невольно падает на экран телевизора, заставляя мысленно вернутся в тот день. В день, когда пришлось вести борьбу с самой собой, решая, как жить дальше.
Месяц назад.
Мне понадобилось всего несколько минут чтобы осознать произошедшее и не поддаться начавшейся паники, которая могла перейти в приступ. Но я не смогла удержатся на ногах. Колени подогнулись. Я успела ухватиться за спинку дивана, прежде чем упасть. Стало страшно. Если сейчас я не смогу сдержать приступ и мое сердце не выдержит этого, я умру. Совсем одна, в пустой квартире. Никто даже не вспомнит обо мне. Поэтому заставляю себя дышать ровно, чтобы успокоиться. Через несколько минут мне это удается, и я вновь посмотрела на экран.
Ролик про свадьбу Антона уже прошел, но я все еще слышу слова ведущей и уже не пытаюсь сдержать слез. Хватаю подушку чтобы заглушить крик, но становится только хуже. Она пахнет его одеколоном. Осматриваю комнату и вижу еще несколько вещей, которые принадлежать ему. Понимаю, что если от них не избавится, будет еще больнее. Встав, иду к кладовке, достаю самый большой пакет для мусора и начинаю пихать все его вещи. Когда на глаза попадается награда за победу по фигурному катанию, тоже запихиваю ее в пакет. За ней отправляется и остальные. На этом не останавливаюсь и обхожу всю квартиру, чтобы отправить в пакет и остальные вещи. Теперь они мне не нужны. Выкинуть не могу, поэтому убираю в самый дальний угол кладовки. Сверху кладу другие вещи, чтобы пакет не попался на глаза. Теперь можно заняться собственной жизнью и решить, как буду жить дальше.