Любомир запнулся и на его глазах заблестели слезы. Моё лицо было слишком близко от его, чтобы не видеть этого. Я прикоснулась рукой к его щеке, и он положил на нее свою холодную ладонь.
— Я так понимаю, шёл он пешком, по краю пустынной трассы… Его сбила компания пьяных мажоров на джипе… — друг шмыгнул носом, пытаясь держаться из всех сил и не расплакаться. — Хоронили Дэна в закрытом гробу…
Я вытаращила глаза, но ничего произнести не смогла, да и не решилась. Парень рассказал эту историю вкратце, но моя фантазия уже нарисовала эту страшную аварию.
— Он был мне, как брат.…
Любош убрал мою руку и прижался щекой к моей щеке. Я слышала, как он всхлипнул. Ему было очень больно об этом вспоминать, не то, что говорить. Он чувствовал свою вину в смерти Дэна, ведь считал, что должен был переубедить его никуда не идти, но не сделал этого. Но я не видела его виновником того происшествия и смерти друга. Он ведь просто отправился на свидание с любимой девушкой... И, скорее всего, если бы в ту ночь Денис не погиб в аварии, он умер бы при других обстоятельствах. Я всегда верила в то, что каждому человеку отведено определенное количество дней. И как бы ты не старался — дольше не проживешь.
8 ноября 2015 года
Я сидела за партой и параллельно — в интернете. Как не просила Люба зарегистрироваться хотя бы где—нибудь, он лишь отшучивался, а я начинала подозревать, что он врёт. После той ночи парень больше не грустил и снова стал таким, как и был прежде. Правда некие изменения всё же произошли: Любош стал реже валять дурака. Он стал более тихим и спокойным, да и говорил раза в два меньше, то ли давая мне возможность высказать собственное мнение, то ли тщательно следил за своим языком. Он внимательно слушал всё, что я говорила, словно выдающийся психолог, а потом, вероятнее всего, проанализировав всю чушь, которую выдавал мой мозг, высказывал собственное мнение, пытаясь наставить меня на «путь истинный».
Мысли о Любоше постоянно вертелись у меня голове, словно я зациклилась на нём. И, что самое странное, от них становилось теплее на душе, и сердце начинало быстрее биться… И каждую встречу, как и сообщение, или звонок, я ждала с нетерпением, будто от этого зависела моя жизнь.
— И как ты в клуб в пятницу попала?
Неприятный визгливый голос вывел меня из транса. Переведя взгляд с телефона на стоящую напротив блондинку, едва ли не взвыла от досады. Сейчас начнется. Худосочная Сашка в неприлично короткой юбчонке и блузе с глубоким декольте с негодованием смотрела на меня , сложив на груди руки в замке. И как ей только в таком виде позволяют в школу ходить? Не желая вступать в перепалки, зажмурилась и досчитала до десяти. Я безумно ненавидела ее, только не могла ничего с эти поделать. К сожалению, ее рожу мне придется видеть еще полтора года.
— По списку, — с тяжким вздохом я отвела взгляд в сторону, отчетливо понимая, что хочется мне, или нет, но допрос состоится.
— Неужели ты такая важная персона, что ты есть в списках этого клуба?
— Нет.
— Что нет? – в ее пренеприятнейшем голосе чувствовалась издевка. – Или твой спутник почетный гость клуба?
— Мой спутник…
— Чё ты мямлишь? – она толкнула меня в плечо, скорее всего, желая спровоцировать. – Толстуха, ты можешь нормально говорить, или языка нет?!
Со злостью я взглянула на нее. У меня появилось непреодолимое желание схватить ее за волосы и со всей силы ударить лицом об парту, чтоб ее кукольное личико превратилось в кровавое месиво. И пусть она узнает, что такое физическая боль в отместку за все издевательства на протяжении девяти лет.
Но, вспомнив слова Любоша, я умело сжала все свои чувства в комок, дабы не поддаться эмоциям. А ведь мой дуг прав: они пытаются сделать мне больно, чтоб я плакала и чувствовала себя полным ничтожеством. А сами будут потешаться, что круче тем, что способны унижать и доводить до слёз тех, кто не способен быть такими, как они.
— Да, мой друг почетный гость этого клуба. Вот поэтому мы и прошли.
Ответила я Саше как можно спокойнее. Она вероятнее не ожидала такого от меня, ведь привыкла, что я начинаю психовать и практически сразу начинаю чуть ли не биться в истерике, захлебываясь слезами. Девица, по всей видимости, растерялась, ведь новая фраза прозвучала не сразу, и к тому же не от нее, а от ее подруги, такой же блондинки, как и она — Дианы.