На практике, соответственно, крупные транспортные, телекоммуникационные и прочие сети в поисках оптимального сочетания преимуществ зачастую объединяют в себе и звезды, и решетки. В Пальманове помимо радиальных артерий есть и несколько кольцевых улиц, опоясывающих центральную площадь, и площади поменьше (образующие подцентры) в середине клиновидных сегментов. Радиальные проспекты Парижа и Вашингтона наложены на решетки второстепенных улиц, а радиальные транспортные сети многих современных городов дополнены кольцевыми дорогами и кольцевыми линиями. Сеть авиаперевозок все больше ориентируется на крупные пересадочные аэропорты, однако линии, обходящие эти пункты стороной, тоже попадаются. Гигантская структура интернета получилась довольно иерархичной, но во многих регионах в ней есть немало поперечных и дублирующих связей11.
Авария и атака
Крупные децентрализованные сети, которые все более определяют существование в эпоху глобализации, оказались удивительно устойчивы к случайным авариям и сбоям. То там, то здесь из строя выходят узлы и звенья, но если они не являются жизненно важными центрами или невосполнимыми соединениями, последствия, как правило, бывают сравнительно недолгими и сугубо местными. Другое депо — намеренная атака. Сведущие саботажники могут выбирать наиболее привлекательные мишени, нацеливаясь, к примеру, сразу на несколько важнейших узлов, вместо того чтобы тратить силы на периферийные соединения. Даже такая крупная и разветвленная система, как интернет, может оказаться чрезвычайно уязвимой к четко скоординированным точечным атакам: огромная работа по сокрытию, укреплению и защите ключевых коммутационных узлов — не прихоть, а насущная необходимость.
Террористические атаки на Всемирный торговый центр в Нью–Йорке заставили нас подучить базовые положения теории сетей. Уличная дорожная инфраструктура, имея большой запас избыточности, исправно продолжила работать. Разрушение важнейшего узла значительно менее распределенной системы нью–йоркского метро привело к серьезным и длительным перебоям. Однако привлекательность этой цепи для террористов состояла не только в большом скоплении людей и символическом значении башен, но и в том, что Нижний Манхэттен является ключевым узлом глобальной финансовой сети и, соответственно, местом высочайшей концентрации телекоммуникационной инфраструктуры. В сентябре 2001 года под улицами Манхэттена было больше оптоволоконного кабеля, чем по всей Африке, а две телефонные подстанции в финансовом центре обслуживали больше пиний, чем есть во многих европейских странах. На крыше северной башни располагалось более 1 500 антенн.
Разрушения телекоммуникационной инфраструктуры были огромны. Головной офис компании Verizon на Вест–стрит, 140, обслуживавший более трех миллионов местных телефонных пиний, был сильно поврежден обломками, дымом и водой. Центральный офис AT&T, располагавшийся в подвале башен–бпизнецов, пережил обрушение, но, утратив электроснабжение, отключился в 4 часа дня 11 сентября, когда сел аккумулятор резервного питания. Станция обслуживала 20 000 оптоволоконных кабелей и 1 200 магистральных линий связи к клиентам не только по всему Нижнему Манхэттену, но и, к примеру, на Лонг–Айленде, так что перебои наблюдались и непосредственно в районе бедствия, и по всему региону. Были полностью утрачены по крайней мере пятнадцать базовых станций сотовой связи, а кабельные коммуникации ко многим другим были повреждены в связи с разрушениями в здании Verizon. Что уж говорить об антеннах на крыше северной башни.
Разрушение инфраструктуры в сочетании с резким ростом количества звонков привело к перегрузке сети. 11 сентября ньюйоркцы говорили по телефону примерно вдвое чаще обычного. Сотовые сети не справлялись: в течение первой половины дня соединялось менее 5 процентов звонков. AT&T обеспечила 431 миллион международных и междугородных соединений, что примерно на двадцать процентов выше нормы. Для поддержания исходящей связи в Нью–Йорке и Вашингтоне компании пришлось блокировать входящие вызовы. Нью–Йоркская фондовая биржа возобновила работу только через шесть дней, да и то ценой невероятных усилий по восстановлению телекоммуникаций.
В критической ситуации интернет продолжал функционировать, как и надеялись его разработчик^ 2. Вследствие повреждения инфраструктуры и отключения электроэнергии произошло несколько локальных сбоев. Были перегружены серверы электронной почты и основные новостные сайты, но серьезного влияния на глобальную сеть это не оказало. Тем не менее район Нью–Йорка был на тот момент крупнейшим в мире узлом связи, несколько из наиболее важных дата–центров которого находились в непосредственной близости от пострадавших районов Нижнего Манхэттена. Стало очевидно, что скоординированная атака на них способна изолировать Нью–Йорк от остального мира или даже разорвать сообщение между США и Европой, хотя и в этом случае останется работать связь между Западным побережьем США и Азией.
Боязнь чуждых элементов
Куда более выгодным может оказаться не уничтожение, но эксплуатация сетей противника. Получив доступ к крупномасштабным, заботливо выстроенным сетям, вам не придется — как Наполеону во время похода на Москву — тратить огромные усилия на переброску своих войск туда, где их ждет враг. Вам даже не нужно иметь столько же солдат, сколько у противника. Обманом или силой захватив сети, смерть и разрушения можно с высочайшей точностью сеять, обладая самыми скромными средствами.
Мрачным предвестником такой стратегии стала эпидемия СПИДа. Вирус иммунодефицита, как быстро стало понятно, эффективно распространяется по сети сексуальных контактов и распространения донорской крови — сети, которая за последние несколько десятилетий чрезвычайно расширилась за счет скоростных видов транспорта и общей подвижности населения. Вирус просочился в эту рукотворную структуру и стал использовать ее в своих цепях. В результате возникло состояние распределенной осады — не географической, против которой возводились стены Пальмановы, но той, что выражалась в миллионах презервативов. В отличие от прежних эпидемий, для распространения которых требовалась определенная плотность населения и остановить которые часто удавалось путем изоляции и карантина, СПИД зависит от наличия путей соединения — иногда связывающих очень далекие пункты — в рамках глобальной сети.
Эпидемия атипичной пневмонии 2003 года стала более поздней вариацией на ту же тему. Вирус передавался воздушно–капельным путем, поэтому первая линия обороны состояла не из презервативов, а из респираторов. Места встречи людей из разных стран — отели, рестораны, терминалы аэропортов и салоны авиалайнеров — обеспечили вирусу попадание в сеть международных авиаперевозок, по которой он быстро добрался из Китая в Гонконг, Сингапур и далее по всему миру. Чем больше была ваша зависимость от этой сети, тем выше риск заболеть.
Если обычный вирус — это генетический код в биологической форме, то компьютерный — это программный код в цифровой форме, и функционирует он похожим образом. Сегодня компьютерные вирусы так хорошо нам знакомы, что не требуют детального объяснения, а их потенциальная разрушительная сила растет с развитием интернета. К примеру, всего через неделю после собьп’ий 11 сентября вирус Nimda поразил 85 000 серверов по всему миру, что вызвало в интернете куда более заметные перегрузки и куда больший ущерб, чем повреждение сетевой инфраструктуры при обрушении башен Всемирного торгового центра 13. Подобные вирусы — наглядный пример темной стороны таких процессов, как децентрализация производства и дематериализация процессов: создать их может любой человек, умеренно смыслящий в компьютерах (вплоть до хакера–дилетанта весьма скромного уровня), в любом из миллионов интернет–узлов, откуда они распространяются практически мгновенно. Вирусы могут бьпъ запущены в сеть даже беспроводным способом из подвижного или временного местоположения. Подобно вирусу иммунодефицита, они порождают состояние распределенной осады по всему миру, которое на этот раз выражается в фильтрах электронной почты, антивирусах для персональных компьютеров и корпоративных системах сетевой защиты.