— Алло? — настороженно спросила я.
— Тоня? Это Аркадий Михайлович. Как прошло свидание?
— Откуда вы знаете, что мы встречались?
— Олег сказал. Но подробностей раскрывать не стал. Однако сегодня он в бар не пошел, из чего я делаю вывод, что мы взяли правильный курс. Да, кстати, с тобой хочет познакомиться моя супруга. Ты приглашена к нам завтра на ужин. Не опаздывай. Оденься поприличнее. Не забывай об улыбке. И… будь хорошей девочкой. Надеюсь, мы поняли друг друга?
Он отключился, а я едва не швырнула телефон на пол. Значит, Олег решил рискнуть. Черт! Ведь кроме пустых угроз мне совсем нечего ему предъявить. Чтобы немного выплеснуть ярость перед встречей с Денисом, я позвонила Ларе. Она выслушала поток грязных ругательств в адрес ректора и его сынка, а потом заметила:
— Не понимаю, зачем все усложнять. Скажи Денису правду. В конце концов, теперь он официально твой молодой человек, так что ему положено разбираться с твоими проблемами. Особенно, если эти проблемы касаются домогательств от других мужчин.
— Скажу, куда я денусь. Только, пожалуй, не сегодня. Сегодня я планирую провести весьма горячую ночь, и проведу ее во что бы то ни стало, вопреки всем тем, кто активно сует нос в мою личную жизнь. А завтра разберемся с проблемами.
— Ну, как знаешь. Развлекайтесь там, шалунишки. И не забывайте предохраняться! — сердечно напутствовала меня Лара, после чего отключилась.
Разговор с подругой помог. Я почувствовала себя значительно увереннее. Кроме того, из-за настойчивых попыток ректора сосватать мне своего сына, близость с Денисом обрела для меня невероятную ценность. Это была моя личная акция протеста против навязанного выбора. Поэтому на свидание я собиралась с особой решительностью. Надела самое соблазнительное белье, тщательно вымыла и высушила волосы, нанесла капельку духов на шею, запястье и, уж простите, на лобок. Особое внимание уделила губам, сделав их с помощью блеска более пухлыми. В искусственном освещении они будут влажно поблескивать, привлекая внимание и, надеюсь, рождая весьма непристойные мысли. Нет большего удовольствия, чем довести хорошего мальчика до безумия… Блин, я думаю, как настоящая чертовка. Интересно, это нечистая кровь виновата?
Денис, как и в прошлый раз, ждал у подъезда. Вот только комплиментов не было. Он словно онемел и добрую минуту просто смотрел на меня. Смотрел так, что я невольно покраснела. Потом он отмер и молча открыл дверь. Под завистливыми взглядами соседских девчонок я загрузилась в автомобиль, и мы отбыли.
— Денис… — позвала я через некоторое время. Его молчание слегка меня беспокоило. — Ты в порядке?
— Нет, — он как-то рвано усмехнулся, не сводя глаз с дороги. — Я от тебя с ума схожу.
— Но это ведь хорошо?
— Хорошо. Только знаешь, лучше пока сиди как можно более неподвижно. Я с огромным трудом удерживаю контроль над собой. Если ты еще немного поерзаешь или продолжишь задавать вопросы своим томным голоском, боюсь, до дома мы не доедем, — с убийственной прямотой пояснил он.
Меня бросило в жар. Кажется, перестаралась. Что ж, попробуем не отвлекать водителя во время движения.
Наконец, мы подъехали к новенькой девятиэтажке, в которой, видимо, и проживал Денис. Он припарковал автомобиль и помог мне выйти. От соприкосновения наших рук едва не посыпались искры.
— Учти, я рассчитываю на ужин, — с некоторой опаской заметила я, пока мы шли к подъезду. А то еще набросится на меня сразу за порогом. Я, конечно, сопротивляться не стану, но… просто я не ела с самого утра. Сначала решала проблемы с ректорским сыном (которые напрочь отбили аппетит), потом готовилась к свиданию.
— Мучительница, — простонал Денис, нажимая кнопку вызова лифта.
Как только я переступила порог и вошла в полутемную прихожую, самоконтроль моего спутника дал сбой. Он захлопнул дверь, повернулся ко мне и рывком прижал к стене.
— Я очень хочу тебя поцеловать, — хрипло сказал он, борясь с собой (и явно проигрывая). — Но если начну, то просто не смогу остановиться.
Я ему охотно поверила, ведь, едва договорив фразу до конца, он начал медленно наклоняться к моему лицу. Видимо, искушение оказалось слишком сильным. Сильнее доводов разума. А, плевать на ужин! Катись все к чертям… Однако желудок со мной не согласился и протестующее заурчал, высказывая свое нелестное мнение о влюбленных в целом и безответственной хозяйке в частности. Я смутилась.