- Так рано? – удивился Даго. – Ведь всего три месяца прошло с нашей свадьбы.
- Женщина знает, когда в ней проклевывается новая жизнь, - ответила та. – Возьми себе какую-нибудь наложницу, поскольку савроматская женщина, будучи беременной, мужчин не принимает. А теперь, поскольку в последний раз лежим мы рядом в ложе, скажи мне, насколько правдивы секретные известия, будто бы ты полюбил княжну Хельгунду.
- И княжну, и ее сына Аслака порубили на куски десятки моих воинов…
- А она, целая и здоровая, очутилась в Калисии.
- То всего лишь лже-Хельгунда, Зифика. Или то результат чар? Так или иначе, но Калисия мне за эти чары заплатит.
- Ты не любил ее, - гневно заявила Зифика. – Теперь я вижу, что ты никого по-настоящему и не полюбишь, и следует беречься тебя, словно заснувшей змеи. ы хотел войны с Калисией, и теперь она у тебя будет.
- А ты не желаешь тамошних богатств?
- Хочу для себя и твоего потомка. Потому стану рядом с тобой, и мы будем сражаться плечом к плечу. Но не приходи больше в мое ложе. Если кто столь сильно желает власти, он и собственную жену способен укусить. Причем, даже в ее ложе.
Готовясь покинуть комнату Зифики, произнес Даго, уже на пороге, несколько презрительно:
= Я взял тебя в жены и сделал совладычицей. Только ты злоупотребила моим доверием. Стала называть чувства и дела, а это остается исключительно за мной. А впрочем, что известно тебе о людских чувствах? Для тебя любовь – это постоянное порабощение мужчины и власть над ним, его послушание. А что известно тебе о природе великанов? Представляешь ли ты, как выглядит громада отречения их любви и громада страдания? Невозможно одновременно любить женщину и любить власть, это то же самое, что одновременно быть и великаном, и карликом. Ты ии один, или другой. Следи за собой и помни, ты обязана родить мне великана, а не карлика, который позволяет порабощать себе женщине.
Когда же, несмотря ни на что, похоже, исключительно из любопытства, вновь пришел Даго к дверям спальни Зифики, застал он там двух савроматских воинов. Захотел он войти, но те скрестили перед ним свои копья.
В какой-то миг он хотел вытащить Тирфинг и снести им головы, но ведь пришел только лишь из любопытства. Не следовало вызывать свар при дворе, в войске, когда начинали они поход на Калисию. Но уверен был в том, что с первого же мгновения, как увидел те три сотни вооруженных воинов, которых привела Зифика из Мазовии, почувствовал к ним неприязнь. Были они очень высокими и широкоплечими, двигались мягко и по-женски, но отличались невероятной силой. Их смуглые лица с несколько скошенными глазами и длинные усы, закрученные наверх, придавали им выражение дикой суровости. Не отличались они склонностью и к братанию с другими отрядами: стояли отдельным лагерем, общались вполголоса. Вооружение их было несколько старомодным: кольчуги на кожаных кафтанах, шлемы с одним бычьим рогом или парой, короткие мечи, круглые щиты, дротики и луки. Где и когда, каким-таким образом успела их Зифика завербовать и организовать в крупные отряды?
Даго вызвал к себе Херима.
- Не сообщил ты, писарь, что происходило в Крушвице и в мире, когда завоевывал я Гнездо, - гневно начал он.
- Я привез целый сундук берестяных свитков, господин, только ты не допустил меня к себе, ибо Спицимир был тебе ближе.
- Тогда говори сейчас…
- Влоцлав угнетает народ. Сотни свободных людей превратил он в невольников. Порт у него почти что готов, так что сейчас строит он крепость. Народ же взывает к тебе…
- Искусство правления говорит, что повелитель не должен иметь иных забот, не посвящать себя иным ремеслам, не иметь никаких иных мыслей, как только о делах державы и войска. Что делала Зифика? Откуда взяла она савроматских воинов?
- Поначалу она сидела в Крушвице и присматривалась к тому, как управляет Кендзержа.Она приготовила для тебя, господин, двести щитников, одела их и вооружила. У кажого из них имеется кафтан, кольчуга, куполообразный шлем и продолговатый щит, за которым способен весь укрыться…
- Видел…
- Схватил я двух шпионов Ростислава, которые изображали из себя монахов. Подверг я их пыькам, и признались они, что император ромеев победил сарацин и отогнал их наконец-то от своих границ, благодаря чему смог он проявлять больший интерес к нашим землям. Он победил болгар и окрестил царя Бориса, которому, чтобы принять крещение, пришлось зверски убить пятьдесят шесть бояр. И к тебе, господин, тоже будет выслано посольство монахов, дабы ты окрестил свой край, как сделали это Ростислав и Борис.