Когда же опустился перед ним Ящолт на одно колено, Даго показал ему свои пустые руки.
- Ничего нет у меня для тебя, Ящолт. Все, что добыл я, раздал.
- Жаль мне слышать это, господин, - откровенно ответил на это Ящолт. – Полюбил ты лестков, я же никогда лестком не был.
Тогда обнял Даго Ящолта и сказал, глядя ему прямо в глаза:
- Говорят, кто быстро дает, тот дважды дает. Я же скажу: кто умеет ждать, в три раза больше получает. Желаешь ли ты, чтобы я тебя трижды возвысил?
- Да, господин.
- Прояви тогда терпение, ибо нетерпение при ожидании возвышения бывает матерью измены. Так случилось с Куи. Его тело, пронзенное ножом, нашли воины, когда шли осаждать Калисию. Лежал он в четырех стаях от града, который желал предупредить, что мы идем против него. А ведь я обещал возвысить его над иными.
Язык глаз Ящолта был иным, чем язык глаз Куи. Наоборот, он уверял в верности и преданности повелителю. Потому поднял Пестователь Ящолта с колен, приказал покрыть его белым плащом, делая рыцаря лестком, хотя никаких земель пока что не мог подарить.
Тем временем, у Зифики вырос живот настолько громадный, что она уже не могла надевать мужскую одежду. А поскольку не желала она показываться савроматским воинам только как в воинском облачении, отослала она их в Мазовию, в Плоцк, Рацьонж и Чехан. При этом щедро одарила и приказала прибыть на первый же свой зов.
Так что перед наступлением зимы разослал Пестователь практически все свои войска в разные стороны края, чтобы весь народ в одинаковой степени почувствовал бремя их содержания. В Гнезде оставались лишь две сотни его лестков, две сотни щитников и сотня людей в черных плащах, которыми заведовал Спицимир.
В пору первых заморозков, когда земля сделалась твердой и барабанила под копытами подкованных лошадей, Даго, которому надоело жить при дворе, занялся охотой в окрестных лесах и пущах. На охоту он отправлялся, чаще всего, во главе трех десятков лестков; с ним же был четырнадцатилетний уже Ольт Повала, которого в последнее время он весьма полюбил, учил того стрелять из лука в козлов, серн и оленей. На кабанов приглашал он Ящолта или Спицимира, и в Гнезде приглашения такие считались знаком большого отличия со стороны Пестователя. Кабанов выгоняли из чащоб и гнались за ними верхами, бросая в них копья, что требовало огромного умения в езде среди деревьев и сильной руки. Как правило, охота длилась несколько дней, тогда ночевали у громадных костров, пили пиво и сытный мед, даже плясали. В это время полюбил Даго многих своих лестков, узнал их поближе, они узнали его и полюбили, поскольку лишь своим лучшим умением в охоте старался Даго над ними возвыситься.
Всего лишь раз пригласил на охоту своего канцлера, Херима, но тот отказал, объясняясь множеством работы в канцелярии, ибо в это же время тщательно собирались всяческие сведения о племенах, соседствующих с полянами, о бродах через реки, о крепости градов.
Ясно ведь было для всех жителей Гнезда, что Пестователь не остановится только лишь на уничтожении Калисии, ну а с наступлением весны наверняка попробует заставит князя Гедана, чтобы тот платил надлежащую цену за зерно, которое этой еще осенью поплыло к нему на многих судах. Задумывались и над тем, не думает ли Даго о завоевании новых краев, в особенности: края Крылатых Людей, которые перестали покупать соль из Куяв, но приобретали ее от князя Карака, из-за чего бедной сделалась казна державы полян, а вот казна княжества висулян стала богатой.
На самом же деле у Херима не было особо много работы, но он погружался в разврате так, словно в нем желал затопить свою любовь к беременной Зифике. Зидал приводил к нему все новых и новых наложниц, прежде всего, невольниц из Калисии, но и местных девок из Гнезда. Дочерей купцов и ремесленников. Видел Херим вожделение к женскому полу и в глазах Даго, когда тот пребывал в Гнезде, предлагал ему ту или иную девку, желавшую любви с мужчиной, столь красивым и сильным, но Даго сказал на это:
- Никчемным делается повелитель в глазах собственных подданных, когда проявляет жадность к их имуществу, и когда отбирает у них женщин. Разве не получил я титул Стража Обычаев?