Пополнив гарнизоны всех малых и крупных градов на Земле Палук и вдоль левого берега Нотеци – у Палуки в распоряжении имелось всего три сотни верховых воинов и две сотни щитников. И как тут справиться с нашествием пяти тысяч поморцев, жаждающих убийств и грабежей – вот этого он не знал. В течение нескольких лет, будучи лестком, он мог направлять небольшой группой людей и устраивать засады на воинов Хельгунды, но вот в управлении армией никакого опыта у него не было. И, глядя из пущи на горящий град Накло, Палука не имел понятия, каким образом удержать поморцев. От них его отделала всего лишь выходящая из берегов река, покрытая ледовой кашей; только слышал и он сам, и его воины, как на другом берегу поморцы валят деревья на плоты, чтобы переправиться к нему. Сколько плотов смогут построить поморцы? Сколько людей сможет перебраться с их помощью на левый берег? Самое большее: человек триста или четыреста. Смогут ли воины Палуки расправиться с таким числом неприятелей?
Двое владык в белых плащах командовало щитниками, трое владык – конными воинами. Эти люди крепко были связаны с Палукой, поскольку долгое время, в качестве лестков, воевали они вместе по лесам. Но вот план вождя, чтобы ожидать, когда поморцы переберутся на левый берег, никак не пробуждал в них доверия. Вечером кто-то из владык заявил Палуке:
- Учил нас Пестователь, что склавины обязаны воевать коварно, ты же желаешь встать против поморцев с открытым лицом? Не будет ли лучше распылить наши силы, закрыться в градах: в Ленкне, в Жнение или же в Шубине? Поморцы захотят добыть эти грады и придержат свое продвижение в глубину края. И тут на них ударит армия Пестователя, у которого ты попросил помощи.
- Нужно распылить их силы, - советовали другие владыки.
Но Палука колебался, так как широко разлившаяся река казалась ему самой лучшей защитой. Он опасался и впускать поморцев в глубину страны, так как это означало грабеж и уничтожение только-только заселенных вёсок.
И тут-то пришло сообщение, что виденное ими на правом берегу, та постройка плотов поморцами, была лишь коварным трюком. Главная часть армии, которй командовал Бпрним, переправилась на левый берег на расстоянии в половину дня конной езды ниже того места, где ожидала армия Палуки. Поморцы проникли в Землю Палук в том месте, где их никак не могли ожидать, то есть среди болот и трясин. Похоже, нашли они хороших проводников, и вот теперь страшная сила в три тысячи воинов направлялась к Палуке по левому берегу реки.
В страшной спешке, оставляя десятки возов с запасами еды, войско Палуки начало отступать в глубину края. Остановились они только лишь в Ленкне, который ну никак не был рассчитан на такое число воинов, тут же перестало хватать корма для лошадей и еды для людей. Тогда Палука с конницей направился в Шубин, но по пути попал в засаду, устроенную Барнимом в дремучем лесу. Сотню верховых потерял Палука, прежде чем удалось ему вырваться из окружения и пробиться в Жнин, который тут же был окружен поморцами, точно так же, как это вскоре случилось и с Ленкно. Защитники видели вокруг валов града сотни, а может и тысячи поморских воинов, по ночам светили им зарева пожаров – это поморцы палили вёски. Жнин не был приготовлен к долгой осаде, и чтобы питаться, Палука приказал убивать лошадей.
Четырежды Барним пытался громадной массой своих людей добыть Жнин, но его отбивали. Ему даже нанесли серьезные потери. Поморцы, не привыкшие к захвату градов, гибли от стрел и копий.
- Ну, и где добыча? – спрашивали у Барнима вождь гвдов, Радгост, и вождь харчиков, Фалимир. – Где то золото, что дешевле соломы? Мы спалили вёски, и теперь нам самим не хватает еды.
- Золото находится в градах. Их необходимо захватить, - твердил им Барним.
И, выделив из собственной армии ее третью часть, быстрым маршем направился он на Шубин, ожидая захватить неприятеля врасплох и захватить град без особых потерь, что и случилось, так как нападение получилось неожиданным. Так что Барним одержал очередную победу, награбил немного золота и драгоценностей, захватил в неволю множество мужчин и молодых женщин.
Но не знал он, что Пестователь уже захватил земли Ленчица Белого и, окончательно разгромив эстов, направился в Плоцк и во Влоцлав. Там же, освежив свои запасы продовольствия и провианта для лошадей, во главе пяти сотен лестков и пяти десятков воинов Нора, отправился он в дальнейший путь. Только вот не пошел он вдоль берега Висулы, которая от Влоцлава поворачивала на запад. Словно по тетиве лука прошел он через дружеской Голубской Земле, в Голубе переправился через реку Дрвець и очутился в краю эстских помезан, которые были слабы по причине понесенного недавно поражения, так что сдавались без боя. Случалось, что старцы из помезанских градов выходили к Пестователю с хлебом-солью, прося его милости, обещая накормить воинов и дать корм лошадям, пускай даже самим им пришлось бы голодать до нового урожая. Многие отдавались Пестователю в его пестование, так что присоединил Пестователь ту, прилегающую к Висуле, часть Помезании и отдал ее в управление Нору, приказав заселить эти земли полянами. Дойдя же до Висулы в вёске Швець, он переправился на другую сторону реки, уже на плотах и ладьях, ибо заканчивался месяц Бржезень, и воды были свободны от льда. А из Швець направился он на Тухоле.