Как обычно, когда появлялся владыка Акум, на улицы вываливала толпа, так что всадникам кавалькады пришлось сталкивать зевак лошадями на обочины. Сын Бозы увидал лицо Пайоты с её алыми губами и черными бровями, и так он был восхищен ею, такое охватило его желание овладеть этой девушкой, что застыл юноша, чудом не потеряв сознания. Оно вернулось к нему лишь после крепкого удара конской груди, вдобавок он схлопотал удар мечом плашмя и только после этого убрался с дороги. Но он продолжал глядеть на лицо девушки... И внезапно дошло до него, что та никого не видит, что взгляд ее устремлен в какие-то неведомые дали. Сын Бозы почувствовал меж собою и нею какую-то невидимую стену. Когда девушка проезжала мимо него, он захотел сделать шаг вперёд, пытаясь заглянуть ей в лицо, только что-то невидимое запрещало ему сделать этот шаг, что-то как бы вжимало его в землю. Он, понимающий язык глаз, без всякого труда узнал, какие мысли выражает этот никого не видящий взгляд. Для дочери Акума не существовало толпящейся на улице черни, она её презирала. Она была настолько горда, что не желала унизиться даже до того, чтобы хоть кого-то заметить. Её отец был всего лишь повелителем богатого города Друзо, она же сама желала тело своё и красоту предназначить для кого-нибудь более могущественного и выше по положению. Так что же мог значить для неё какой-то юноша, стоящий в толпе и глядящий, как она с отцом выезжает на охоту? Да и мог ли кто-нибудь из этой толпы предложить ей королевскую корону?
Юноша возвратился домой и рассказал о своих впечатлениях Хлодру и Астрид.
- Даже и не мечтай о Пайоте, сын Бозы, - рассмеялась Астрид. - Это дочь повелителя Акума, а кто ты такой? Обыкновенный воин, причем безымянный.
- Тогда я снова сделаюсь Багровым Конунгом и брошу к её ногам огромные богатства, - сказал юноша.
- Этого мало. Акум - не только самый богатый человек в городе. Он повелитель - как ты этого не понимаешь? То, что незримой стеной разделяло вас, как раз и было силой власти, - объяснил Хлодр. - Она родилась дочерью повелителя, и замуж тоже выйдет за повелителя. Её глаза слепы к обычным воинам и слугам, они могут глядеть лишь на человека, рождённого повелителем.
- А что значит власть?
- Я не смогу объяснить тебе это, - пожал плечами Хлодр. - Власть - это нечто огромное и святое. Я слыхал, что достаточно прикоснуться к одежде короля Гориха - и слепой прозревает, а больной выздоравливает. У франков родился обычай, что корону каждому из франкских повелителей в знак власти даёт папа, потому что он представитель Бога на земле.
- Кто такой папа? Где он живёт?
- В Роме. Живёт он в золотом дворце, ходит в золотых одеждах, сидит на золотом троне. Он делает людей великими, передавая им священную власть от Бога. Потому-то некоторые и говорят, что папа могущественней королей и князей. Наши же короли либо сами добывают власть оружием, либо наследуют её от своих отцов.
Юноша задумчиво сказал:
- Хочу священной власти.
И не помогли никакие объяснения Астрид и Хлодра, что вначале ему следует принять веру в умершего на кресте Бога, дать себя окрестить, то есть - стать христианином.
- Ладно, я хочу стать христианином, - сказал сын Бозы. - Есть ли в Друзо священник, который может меня окрестить?
- Но после этого тебе придётся носить на шее знак креста, - предупредил его Хлодр. - А многие люди ненавидят этот знак.
- Ты носишь на груди знак Одина. Но ведь он не защитил тебя от тех, кто поломал тебе ноги. Видал я и мертвецов, что носили на груди амулеты, медвежьи клыки и волчьи когти. Эти амулеты не дают силы и власти.
- А я видал, как умирали люди, носившие на груди крест, - перебил его Хлодр. - Я сам их многих убил.
- Я желаю иметь подобный амулет. И хочу иметь право носить его, - настаивал сын Бозы.
Хлодр не стал спорить. Среди жителей Бирки и острова Фония, среди всего нарда ютов было много христиан. Соседствующие с ними саксы и фризы уже давно приняли веру в человека, умершего на кресте. В Друзо жили аскоманы, что носили на груди серебряные крестики - символ этой веры. Потому Астрид без труда нашла среди них человека, которого называли Патером, то есть отцом, поскольку он был как бы отцом для почитателей христианства в Друзо. Сын Бозы отправился к нему и в богатом доме аскоманского купца, торгующего мехами, познакомился с отцом Дагобертом - бритоголовым, в черной одежде и с серебряным крестом на груди. Пожилого священника не удивило решение юноши, о котором он разузнал, что тот прибыл в Друзо из края склавинов, расположенного на реке Висуле. Ему показалось довольно естественным, что кто-то желает принять истинную веру. И все-таки он спросил у сына Бозы, зачем тот хочет окреститься. Сын Бозы ответил ему откровенно: