Хоть я не одобряла их отношений, но согласилась тоже прийти к Кириллу, где ребята собирались перед вылетом и устраивали небольшой «сейшн» по этому событию. Вылет был в восемь вечера, и сборы поэтому были назначены на послеобеденное время.
Кирилл жил в двадцати минутах ходьбы от моего лицея, и я собиралась дойти после уроков до него после уроков пешком.
«Еще и одна иду, как дура, – поражалась я мысленно, отходя от школьных ворот, зная, что Карина со вчерашнего вечера у него. – Как будто бы мне вообще есть дело до него и этих чертовых «Воронов»».
Но настроение сглаживала теплая погода. Вторые сутки последние дни апреля радовали почти летним теплом. Повсюду появлялась та самая ранняя зелень, приближая ощущение скорых летних каникул. Как и многие школьники, эту пору я обожала всей душой.
В отражающейся витрине торгового центра я посмотрела на себя. Школьная юбка и пиджак – однообразием надоели до зубовного скрежета, хоть и выглядят аккуратно. Я сняла верх и осталась в белой блузке – та самая вещь, которая давала хоть какую-то индивидуальность одежде лицеистов. Светлые волосы аккуратно лежат за спиной длинной волной. Макияж строго запрещен, да и фиг с ним – я каждый месяц делаю покраску ресниц и корректировку бровей, поэтому сейчас и без дополнительного декора лицо выглядит выразительно и привлекательно. Но добавлю немного шарма себе – достаю из рюкзака малиновый тинт и наношу его себе на губы.
Приближаю лицо ближе к витрине, чтобы убедиться, что все получилось ровно и идеально, но через несколько секунд приподняв глаза, понимаю, что у меня появилась компания. В витрине отражался татуированный черт с довольной улыбкой на лице и дожидался, когда я его увижу, рассчитывая на эффект неожиданности.
Но я виду не подала, что удивлена, и спокойно произнесла:
– Привет.
– Привет, любуешься собой?
– Да. А ты что тут делаешь?
– Собой любуюсь, естественно, – ответило его отражение и улыбнулось еще шире.
– Тогда смотри на себя.
– Поймала, умница. Отлично выглядишь.
– Знаю, – ответила я на автомате, а потом остановила себя, когда рот был готов произнести это формальное «ты тоже». Вот эти самые «ты тоже» я отвечала только людям, с кем решала выстраивать уважительные отношения. Артем никогда не был из их числа. Но сейчас он впервые общался со мной как-то…нормально? – А ты что тут вообще делаешь?
– Иду своего птенца провожать.
Понятно, речь о Кирилле. В принципе, не удивительно, как и его маршрут. Только я почему-то считала, что он из тех людей, кто и в соседний магазин добирается на тачке.
– Там будет твоя Карина, – продолжил он, не дождавшись реакции. Ну тоже мне новость. – Ты ведь тоже идешь? Нам по пути.
Да, именно так и есть, по пути. Вопрос лишь в том, оно мне надо? С одной стороны, я предпочла бы дойти без его компании. С другой – он никто и ничто, чтоб его присутствие вызывало во мне хоть какие-то эмоции.
– Ага, – односложно ответила и, наконец, развернулась.
Артем шел нарочито медленно, пытаясь вести диалог, будто мы довольно-таки неплохо общались всегда. Рассказывал про студенческие будни, что ищет эскизы для татуировки уже на пальцах. Я хотела разглядеть уже имеющиеся, но в дороге, чтобы не останавливаться, это казалось невозможным.
А еще отвлеченно думала, что с ним не так? Каждую нашу встречу он не обходился без своих гадких комментариев в мой адрес, а сейчас производил впечатление как будто даже адекватного человека.
Поэтому я даже понятия не имела, в каком тоне с ним общаться. Отвечать как обычно грубо – буду выглядеть хамкой на фоне интеллигента. Включить свой светский лоск – уже не имеет смысла после всех предыдущих диалогов, да и «тупую малолетку» я еще не забыла.
– Ты сегодня молчаливая что-то, – подметил вскоре Артем. – Расскажи что-нибудь о себе.
Ненавижу такие вопросы. Особенно, когда их задает не тот человек. Будь на его месте кто-то другой – я бы произнесла свой стандартный текст про стремление стать врачом и помогать людям, любовь к английской классике на родном языке и о необходимости реформации нашего завода, который загрязняет природу – о чем недавно трубили в новостях.
Пока я подыскивала что-то нейтральное в ответ, Артем уже сам сузил круг моих потенциальных интересов до одного:
– Как продвигаются поиски богатого папика?
Ну зачем он запоминает вещи, которые его не касаются?
– В процессе, – коротко ответила я, хотя как такового процесса, конечно же, не было.