– А почему, кстати, такой странный выбор?
– И в чем он странный? – получилось немного резко, и я быстро вернула себе непоколебимость.
Артем ненадолго остановился, чтобы подкурить сигарету, и мне невольно тоже пришлось встать на месте. Повеяло каким-то холодом. Имею в виду буквально. Солнце скрылось за набежавшими тучами и холодный ветер обжег мои руки. Я быстро накинула свой пиджак обратно.
– Блин, а что значит вообще для тебя это понятие? В моем представлении, это какой-то ублюдочный возрастной мудак, который за твою молодость и внешность будет обеспечивать тебя. Мы об одном вообще говорим? – вернулся к стремному разговору этот зануда, когда мы пошли дальше, срезая через дворы.
– Почему сразу ублюдочный и мудак? Просто человек, с которым будет взаимно комфортно наше сотрудничество.
Бедняга даже закашлялся сигаретным дымом.
– Это ты сейчас отношения назвала сотрудничеством? Я правильно понял?
– Можно назвать по-разному, но можешь считать и так.
– Ну а любовь там где-нибудь присутствует? Или этот пункт – пошел на фиг?
– Без разницы. Взаимного уважения будет достаточно.
– И денег?
– И денег.
– Ты не выглядишь нуждающейся. Почему ты так зацепилась за эти гребаные деньги?
– Ты тоже не выглядишь нуждающимся. Собираешься изображать, что ты выше этого? Что деньги для тебя ничего не значат? Готов лишиться их и завтра идти подметать дворы? – огрызнулась я раздраженно.
– Ты гиперболизируешь и переворачиваешь ситуацию.
– Как удобно так уйти от прямого вопроса!
– Окей, окей, – сделал Артем вид, будто согласился со мной. – Ну так ты не ответила толком. Список составила уже? Какие ключевые параметры?
– В процессе составления. Доход выше миллиона в год пока что будет достаточным.
– А я есть в этом списке?
Он-то? Я ведь и правда подумывала порой, с кем бы могла связать свою жизнь, чтоб прожить ее достойно. В теории – высшей ступенью был кто-то наподобие симпатичного и интересного философа, только обеспеченного. Низшей – не самый приятный внешне мужчина и глупый. Скорее всего, такой получит свое состояние в наследство, а не заработает сам. Но Артема я даже не рассматривала, хоть по категории обеспеченности и даже статусности он мог пройти легко. Просто даже включать его в этот список было бы странно. Мы неоднократно оскорбляли друг друга, явно друг друга не перевариваем – о каком браке с таким человеком может вообще идти речь?
– Можешь не беспокоиться, тебя там нет.
– Я счастлив, – улыбнулся он, и я впервые заметила ямочки на его скулах. Обожаю подобное у людей, хотя сама такой особенности внешности не имею. Но это длилось буквально секунду, потому что в этот момент с небес хлынул просто невообразимый ливень. Он был такой силы и плотности, что даже пределы ближайший видимости исчезли за этой стеной. – Твою мать! – ругался Артем. – Идем скорее!
Я практически ничего не видела, поэтому он за руку потащил меня быстрым шагом к ближайшему подъезду обычного сталинского дома, под навесом которого мы могли скрыться от стихии.
– Вот это хлынуло, – чуть ли не восхищенно произнес парень, когда мы оказались в безопасном месте.
Я ничего не ответила, потому что в это время стягивала с себя школьный пиджак. Тряпичная ткань полностью впитала в себя холодную влагу и теперь стала просто противным грузом. Я с отвращением положила его на перила, понимая, что не надену ее еще долгое время.
Блузка тоже промокла и неприятно липла к телу, заставляя всю кожу покрываться мурашками, но иного варианта кроме как терпеть у меня уже не было.
– Дойти-то осталось два дома, – с сожалением болтал Артем, у которого была водоотталкивающая черная ветровка и пострадавшим он был гораздо меньше.
Я обняла себя руками, чтоб поддерживать хоть какое-то тепло и все же уточнила важный момент.
– Если бы ты не останавливался со своими сигаретами, мы бы как раз дошли.
Он посмотрел на меня внимательно и сделал важное открытие, проигнорировав мое замечание.
– Вообще промокла ты, цветочек. Холодно?
– Самую малость, – ответ получился невнятным из-за стучащих от холода зубов.
Артем расстегнул молнию на своей ветровке.
– Иди сюда.
– Я обойдусь.
– Блин, – не выдержал он, подходя ко мне сам. – Я не собираюсь тебя лапать или что-то в этом роде. Сама должна знать, что так будет теплее. Мне тоже.
Гордость и самодостаточность всегда хороши, если не имеют при этом практического ущерба. Оставаться независимой, но страдающей от холода – решение недальновидного человека, каким я себя не считала. Поэтому я все же укрылась под его тканью. Он прижал меня к себе чуть ближе, обхватив руками в замок. Получилось, что ухом я прижалась к его грудной клетке и теперь даже слышала, как стучит сердце этого человека.