Я настолько привыкла к подобному, что сама постепенно стала вести себя так же, высказывая за спиной настоящее мнение, а в лицо сладко улыбаясь. Некоторые вещи, если случаются довольно часто, невольно становятся второй натурой.
Но в этот день я должна была выглядеть настолько хорошо, чтоб кроме как «выскочка» люди иного не думали. Я прямо ощущала себя некой мессией, которая прочно вернет репутации своей семьи на прежнее место.
Платье было заранее подобрано на заказ – королевского красного цвета, из чистого шелка, с декором на лифе и пышной фатиновой юбкой. Колье из платины и рубинов – было подарком родителей. Но самым меня восхитившим подарком оказалась золотая диадема с драгоценными камнями, которую презентовала мне заранее бабушка, живущая за границей.
Возможно, я бы даже заплакала от восторга, когда ловила на себе исключительно восхищенные и завистливые взгляды, но в день рождения я была королевой, у которой был даже свой трон. Королевами становятся только сильные женщины, и сильные – не плачут.
Ко мне подходили по очереди с поздравлениями, оставляя подарки на специальном отведенном для этого месте. Рядом со мной находилась моя Карина, с которой мы в свою очередь обсуждали всех присутствующих. Я знала, что где-то в зале крутится ее Кирилл, который вернулся не так давно, но благо, сегодня центром ее внимания была я, и мы тоже веселились по-своему, обсуждая гостей.
– Как же ее полнит это платье, господи!
– Смотри, она надела белое, прямо слилась с цветом лица!
– О, его лицо не спасет даже самый дорогой костюм!
Возможно, это было некрасиво, если б я не знала, сколько раз мне эти самые же люди перемывали кости. И сколько еще перемоют сегодня.
Но плевать, я хотела, чтоб этот день застыл и не заканчивался. Я в центре внимания, я выгляжу просто прекрасно, у нас на все это есть деньги, и сегодня не нужно думать об их отсутствии, а еще у меня последний год перед совершеннолетием. Я свободна и никакой муж, как минимум, еще год мне не грозит.
– Ты самая прекрасная из присутствующих в мире девушек, желаю сохранить свою юность и красоту на долгие годы, – щебетала передо мной дочь депутата Солонникова, которая еще год назад, как я потом услышала, назвала меня «мерзкой стервой с маленькими сиськами».
– Благодарю, Лариса, но ведь мы обе знаем, что ты прекрасна не менее, поэтому не буду занимать должность «самой». – Мы обменялись поцелуями в щеку. «Прекрасна, как ершик для унитаза, что с твоими волосами, милая?»
Только я хотела высказать свой комментарий Карине, как тут произошло событие, которое мигом заставило забыть о патлах этой сушеной сельди.
Карина тоже проглотила язык, и мы молча наблюдали, как в помещение заходит Артем.
– Он с ума сошел, – наконец выдохнула она, не отводя взгляда от пришедшего в торжественно украшенное помещение место парня.
– Я ему серьезно печень достану и скормлю свиньям, – процедила я сквозь зубы.
Этого конченного маразматика я, естественно, не ждала. Приглашениями занималась обычно матушка и насколько мне было известно, семья этого осла всегда игнорировала любые подобные мероприятия. Не знаю, что изменилось сегодня, но я бы заранее нашла и сожгла пригласительное на его имя, если бы знала, что этот больной выкинет.
Он был похож, прямо говоря, на какого-то бомжа. Какая-то пыльная футболка, потертые джинсы. Словно человек беспробудно пил в каком-то сарае неделю, а потом встал и, не отряхнувшись, пришел прямо сюда. Более того – в его руках был огромный пакет с логотипом «Ашан», что выдают на кассах за три копейки.
Мне плевать было лично, что он выглядит так стремно, но это звучало как какой-то вызов. Мол, смотрите, насколько я не уважаю эту семью. И его первое появление в светском обществе тем более еще будет долго обсуждаться, связывая его выкидон с моей фамилией.
– Привет, Марьяна! – весело улыбаясь, произнес мудак, подойдя ко мне. – С днем рождения! Ты сегодня просто королева красоты.
– Свали на хер в толпу и потеряйся там, – с улыбкой ответила я, понизив голос, чтоб остальные гости не слышали. Я знала, что самое пристальное внимание пришедших происходит именно в этот момент. – Я тебе потом вены зубами выгрызу, овцебык гребаный!
– Что ты там говоришь? – засмеялся трижды проклятый. – Я тоже рад тебя видеть. У меня для тебя подарок.