«Докажи или скройся на фиг».
И, конечно, в этот момент фейк вышел в оффлайн. Потом появлялся раз десять и исчезал, испытывая мое терпение.
Но через десять минут на мониторе фотография.
Артем. В незнакомом мне месте, чья-то квартира. Он вообще полубоком снят, с кепкой на голове, что не видно толком лица. И я бы смеялась такому кадру, напрочь не веря. Но причин для смеха не было – я видела его руки. Знакомая оранжевая с переливами спираль, отождествляющая Жар-птицу, очертания из-под загнутого рукава черного узора Кэрролловского кота – это он. Этой самой рукой Артем обнимает девушку, которая сидит у него на коленях. А уж она смотрит в камеру – счастливая, улыбается. Не знаю ее, но ощущение, что улыбается мне.
– И тебе привет, – бормочу растерянно, закрывая ноут.
Потом подхожу к зеркалу и даю себе обещание. Я клянусь отражению:
– Пять минут – не больше!
Отражение смотрит строго, как будто не доверяет мне, но дает разрешение, мрачно кивнув головой.
И тогда я сползаю на пол, обхватив руками колени. Из груди рвется стон, но приглушаю его укусом в одно из этих колен.
Больно. Больно. Больно.
Но не плачу.
Я была права. Права. Он действительно изменял.
Тру сухие глаза пальцами – может, слезы не так плохо? Может, они облегчение? В горле такой ком, а грудная клетка вздымается как у спринтера – но слезы не появляются.
Матушка тоже была права. Она, правда, заботилась. Хотела оградить от подобного. Но я вляпалась.
Закусываю губу до боли, почти до крови, пальцы на ногах сводит судорогой.
А ведь почти поверила. Еще меня актрисой называл. А сам… И это любовь?
Снова впиваюсь зубами в колено, руки прижаты к вискам – кажется, пульс зашкаливает, дико болит голова.
Больше никогда, Марьяна. Запомни происходящий момент – и больше ни-ког-да!
Время выходит, я с трудом встаю на ноги. Подхожу снова к зеркалу – там не вижу себя. Там какая-то размазня, будто горем убитая. Сгорбленные плечи и тусклый взгляд.
Беру срочно расческу, поправляю сбившиеся волосы. Оттеночный бальзам – чтоб скрыть легкие прикусы на губах. Мицеллярная вода – чтобы просто почувствовать свежесть на лице. Уже лучше, но мало, нужно главное – я пытаюсь.
И у меня получается.
Поначалу неуверенно, скованно, но постепенно улыбка озаряет мое лицо. Оставляю ее, распрямляю плечи.
Отражение одобрительно подмигивает, а я посылаю ему воздушный поцелуй – тут любовь взаимна всегда.
Я иду в комнату матушки, которая сидит в телефоне.
Смотрю на нее – расслабленная и красивая. Очень ухоженная, ей никогда не дают ее возраст. Главное – она мудрая, действительно мудрая, видящая людей насквозь. Да всю жизнь видит насквозь. Если мне повезет, если я постараюсь – то хочу быть как она, матушка – мой кумир.
Мы обмениваемся улыбками, и я сажусь к ней рядом.
Черная широкая кровать на фоне белоснежной комнаты – выглядит эффектно, со вкусом и мне нравится.
– А он меня замуж возьмет? – спрашиваю, кладя голову на ее колени.
– Кто? – не сразу понимает матушка, и гладит меня по волосам.
– Ну этот Владимир. Забыла его отчество. Дед.
– Ты даже в театр не приняла его приглашения.
– Я пойду.
– Замечательно, он будет рад услышать.
– А замуж возьмет? – повторяю я главное.
– Что за резкие перемены, Марьяна? Ты что-то задумала?
– Нет. Хочу сразу после школы выйти за него. Ты говорила, он сможет обеспечивать меня. Что я буду при нем для статуса. Я буду идеально вести себя. Ему хорошо – и мне хорошо. Или что, я не подхожу ему?
Матушка поднимает мою голову и смотрит в глаза. Яркая, но холодная голубизна – отражение моих собственных.
– Ну конечно, он будет счастлив видеть тебя своей женой, – наконец улыбается она снова. – По секрету – Владимир от тебя в восторге. Ты показалась ему приличной девушкой.
Ну хоть где-то понадобятся мои актерские навыки. Да актерские ли? Я такая насквозь. Л-ж-и-в-а-я.
– Можно тебя обнять? – прошу тихим голосом.
– Можно, – разрешает матушка, и сама прижимает меня одной рукой к себе.
Она сидит дальше в телефоне – ее дело сделано. Я просто сижу и внезапно замечаю, что по щеке скатывается слеза. Нежданная, сейчас непрошенная, и слишком неуместная – потому что на мне приклеенная улыбка.
Так и проходят следующие минуты – матушка погружена в своем телефоне, я рядом с ней, улыбаюсь, но лицо все в слезах.
19 глава
Апрель. За 10 месяцев до настоящего времени