— Вот же, суки… Мясо жрут…
— Говядина…
— Я бы съел что угодно…
Каждый пленный только дал волю фантазии, как над ямой показался один из помощников поваров:
— Эй, отребье! Жрать подано!
Прямо из ведра в яму посыпались остатки продуктов: твёрдые лепёшки, обглоданные кости брутт и зайцев, с десяток подгнивших овощей.
Народ набросился на упавшую наземь пищу, словно звери. Всем было плевать на состояние и чистоту еды. Голод сломал многих.
Возле сапога Зархана упало яблоко. Он поднял его, потёр о свитер и протянул тому самому испуганному юнцу:
— Угощайся.
— С-спасибо…
Два раза предлагать было не нужно — паренёк, быстро отвернувшись, вгрызся в мякоть, как голодный щенок. Кругом послышались вздохи и чавканье пленных, отыскавших в темноте еду. Но это не мешало Зархану думать. У него тоже были мысли о побеге. Своём побеге. Всего два плана. Первый: помочь Бореку, после чего воспользоваться суматохой и свалить в глубь Леса Смерти. Шанс того, что его отыщут, конечно, велик, однако, могут и не найти. Кто знает, что там в глубине леса? Возможно, чудовища. Так что есть надежда, что на его поиск не бросят слишком много сил, решив не рисковать. Был и второй план. Подыграть намерениям соклановца и позволить начать собственную казнь, и тут же воспользоваться ситуацией и убить его, а после сбежать. Однако, в этом варианте было слишком много неизвестных переменных: знать бы что именно задумал его соклан, можно было продумать всё тщательно. Но остаётся лишь рассчитывать на козырь в виде звериной формы.
— Сын Зарака! — послышалось над ямой. — Я пришёл за тобой!
Зархан поднял взгляд кверху и увидел сквозь прутья решётки стоявшего Бивола. Как только дежурство зверовоина окончилось, он тут же поспешил занимать монеты у товарищей. Благо настроение в штабе было на подъёме, несмотря на то, что одна из групп, отправившихся на охоту за караванами, пока что не вернулась, так что деньги было найти не проблема.
Наследник и бывший гвардеец "Лапы" встретились взглядом: один смотрел с ненавистью, завистью, затаённой злобой, второй — с безразличием присущим королю.
— Тс. — цокнул недовольно Бивол. — Какой неприятный взгляд. Ну ничего, скоро твои глаза изменятся, мой вождь! — усмехнулся он, выделив последнее, и сбросил в яму верёвку. — Будьте осторожнее, ваше высочество, не пораньтесь раньше времени! Ха-х!
Каждый из заложников взглянул на конец верёвки, свисавший сейчас у пласта земли. Вот она — свобода. Либо билет в один конец, остановка которого — смерть на острие мечей зверолюдей. Одно из двух. Пан или пропал.
Зархан поднялся на ноги, дёрнул за верёвку, проверить — надёжно ли она укреплена, и мимолётно переглянулся с Бореком. Момент истины настал: либо сейчас, либо никогда.
— Увидимся наверху, Борек. — тихо сказал наследник и, схватившись за верёвку, полез наверх.
Только вот, как и думал Зархан, Бивол пришёл не один, и даже не с двумя-тремя помощниками. Здесь оказалось порядка двадцати зверолюдей! Каждый из них держал наготове оружие. Бореку не выбраться. Даже если наследник отвлечёт всю эту толпу, найдётся зверовоин, который запросто перерубит верёвку или закроет решёткой яму. Иными словами: план командира Борека невозможен из-за количества пришедших за Зарханом стражников.
— Надо же, — ухмыльнулся наследник, выбравшись наружу. Он вступил на поверхность, отбросил верёвку и, отряхнув ладони, устремил взгляд на Бивола. — Всегда приятно когда тебя боятся.
— Всего лишь нет желания гоняться за испуганным зайцем по лесам. — ответил ему бывший соклановец с напускным высокомерием, мол совсем не переживал о навыках наследника.
— Или убегать от его гнева. — хмыкнул Зархан.
— А вы разговорчивы, ваше высочество. — закивал Бивол. — Всё как и раньше. Наверное, вы и не вспомните моего лица, но уж я-то помню все ваши выходки. Эгоистичный, ни на что не годный мальчишка, не способный подтереть себе зад.
Зверовоины усмехнулись, поддерживая боевого товарища, другие, сражавшиеся с наследником в лесу, были настороже и не смеялись, вполне здраво признавая его возможности.
— Так вот какого обо мне мнения беглецы клана. — усмехнулся Зархан в ответ.
— Беглецы?!
Бывший гвардеец "Лапы" вскипел мгновенно. Конечно, для любого из воинов такое будет оскорблением. По сути, Бивол должен был стать ронином и ни к кому не примыкать, если уж вздумал покинуть клан, но он оказался здесь, в военном штабе другого вождя.
— Да ты хоть знаешь, через что я прошёл?! Ты! Мерзкий молокосос, сбежавший после смерти папашки! Трус!