Я держу тебя [ЛП]

— Привет, — говорю я, когда он ставит сумку и скидывает обувь.

— Привет. Мне нужно принять душ, а потом я не могу дождаться, когда заползу к тебе в постель.

— Ну, поторопись. Здесь так одиноко.

Он быстро принимает душ, а затем заваливается в постель.

— Я действительно рад быть дома. Не уверен, что тяжелее — играть и проигрывать или тренировать и проигрывать. Какая — то часть меня чувствует, что я подвел их всех.

Я провожу рукой по его влажным волосам, и он закрывает глаза.

— Мне жаль. При любом раскладе, это отстой.

— Они хотят, чтобы я вернулся в следующем сезоне.

— Я не удивлена, иначе они были бы идиотами. А чего хочешь ты?

— Думаю, я хочу продолжать тренировать и становиться лучше. Посмотрим, захочу ли я когда — нибудь стать главным тренером.

— Шейн Картер, главный тренер. Звучит неплохо, — он перекатывается на бок и обнимает меня за ноги. Я провожу рукой по его руке. — Как насчет Шейн Картер, отец? Как звучит?

Я наблюдаю, как его глаза очень медленно открываются, а затем он переводит взгляд на меня.

— Что ты сказала?

— Я хочу знать, что ты думаешь о том, что тебя называют папой? — я не могу удержаться от того, чтобы не приподнять уголки рта. Шейн слегка приподнимается.

— Когда?

— Прямо сейчас?

— Прямо сейчас? — я вижу, как он пытается переварить это, когда садится рядом со мной.

— Да. Гриз, ты ничего не делаешь наполовину. Очевидно, это включает в себя и создание детей.

Одним быстрым движением он сажает меня к себе на колени.

— Ты серьезно? — я киваю. — Ты уверена? — я снова киваю. — Ты действительно уверена?

Я смеюсь.

— Ну, эти маленькие штучки, на которые нужно писать, точны на 99,9 %, так что да.

На его лице расплывается самая широкая улыбка, которую я когда — либо видела, но я вижу её всего секунду, прежде чем он прижимает меня к груди.

— Я не могу в это поверить. Это лучшая новость в моей жизни. Мэгги, ты… ребенок.

Я зарываюсь лицом в его шею, вдыхая его запах с таким огромным облегчением, что делюсь этим с ним.

— Я так сильно хотела сказать тебе раньше. Я сделала тест в отеле вчера утром и с трудом держалась, чтобы не сказать тебе.

— Я так сильно люблю тебя, — говорит он шепотом.

— Я тоже тебя люблю, — я прижимаюсь к нему, наслаждаясь ощущением его тепла и защиты. — В доме будет просто безумие.

— Светлячок, ты и я, и я этого хочу.

Эпилог

ШЕЙН

Шесть месяцев спустя

Я смотрю на Мэгги в её ярко — красном бикини. Её глаза закрыты, рука покоится на выпирающем животе, и я никогда не видел более прекрасного зрелища. Я даже не могу поверить, что когда — то было время, когда я думал, что не хочу этого.

Я протягиваю руку и провожу по её животу, наблюдая, как её губы изгибаются в улыбке. Она тянет мою руку немного ниже, и я чувствую пинок ножкой моего ребенка. Это самое невероятное, что я когда — либо испытывал.

— Этот парень определенно твой. Я почти уверена, что он использует мой мочевой пузырь в качестве мяча, — Мэгги морщится.

– “Он”?

— Да. Сегодня я почти уверена, что это он. Любой девушке следовало бы быть немного нежнее.

— Нет, если она хоть немного похожа на тебя, — отвечаю я, зная, что это вызовет у неё раздражение.

Она переворачивается на бок, и её живот прижимается к моему животу.

— О, правда. Что именно ты пытаешься сказать, Гриз?

Я убираю волосы с её лица.

— Светлячок, ты — не ты, если не будешь стоять со спичкой наготове, чтобы поджечь задницу любому, кто переступит черту. Наша маленькая девочка там, внутри, возможно, готовится поджечь весь мир.

Она смеётся.

— Кого бы ты хотел? Мальчика или девочку?

Я чувствую, как ребенок снова брыкается.

— Мне всё равно. Я был бы счастлив, если бы их было двое.

Она зажимает мне рот рукой.

— Я думаю, мы с детьми официально свели тебя с ума. Нам нужен один здоровый ребенок за раз. Ты знаешь, что это маленькое чудовище сделает с нашей жизнью? С нашим сном? С нашим здравомыслием, когда ей исполнится шестнадцать и она захочет встречаться с плохим парнем, потому что вся эта задумчивость сексуальна?

Я стону.

— Если родится девочка, она не будет встречаться с плохим парнем… никогда.

Она ухмыляется.

— О, точно. Тогда она просто вылезет из окна своей спальни и всё равно встретится с ним, — я переворачиваюсь на спину, не в состоянии думать об этом. — Особенно когда её отец такой крутой. Это то, что она будет знать и к чему будет стремиться. Лив, наверное, тоже. По крайней мере, мы с ней немного потренируемся.