Симона заключает меня в объятия.
— Что я могу сделать?
Я качаю головой и просто обнимаю её. Я зла. Меня подташнивает.
— Как они могли это сделать? — спрашиваю я, зная, что не дождусь ответа.
— Я не знаю, милая.
Я отстраняюсь, понимая, что мне нужно держать себя в руках.
— Ни слова Кармен. Не сегодня.
— С тобой всё будет в порядке остаток вечера? Где Шейн? — спрашивает она, как будто каким — то образом знает, что он мне нужен.
— Я возьму себя в руки, — это её день, и я не буду привносить в него свою драму. — Шейн не приедет, так можно я поеду с тобой?
Симона хмурится, как будто она раздражена, но я знаю, что это не из — за меня, и, будучи потрясающей подругой, она ничего не говорит.
— Конечно.
Я собираю свои вещи и кидаю их в сумку, в том числе телефон. Надеюсь, что после такой суматохи я смогу отложить всё это на потом. Я хотела, чтобы Шейн был здесь и сказал мне, что мы справимся с этим вместе. Однако прямо сейчас я чувствую, что снова сталкиваюсь со всем этим в одиночку.
Может быть, я веду себя нелепо, эмоционально или незрело, но я думала, что между нами что — то растет. Дружба или, может быть, даже нечто большее. Как бы то ни было, друзья не оставляют друзей без присмотра, а Шейн сегодня бросил меня, и всё потому, что у него была плохая игра.
Однако всё это не имеет значения. Я должна сосредоточиться на Лив и узнать, что мне нужно сделать, чтобы сохранить её в безопасности и со мной. Я знаю, что мне, вероятно, придется сделать. Раскрыть все их грязные секреты, в надежде, что они никогда больше не покажутся. Ради Лив я сделаю это, если потребуется. Я сделаю что угодно. А пока я присоединюсь к вечеринке и попытаюсь притвориться, что всё в порядке.
Глава 26
ШЕЙН
— Не звони мне больше. Ты не получишь больше ни цента, ни единого пенни. Если ты каким — либо образом будешь угрожать моей жене, я расклею твою фотографию по всей Америке, и пусть весь мир узнает, что ты за человек. Я не думаю, что ты хочешь привлекать к себе больше внимания правоохранительных органов, чем, вероятно, уже привлек. Мы поняли друг друга?
Жуткий низкий смешок Грега выводит меня из себя.
— Будь осторожен, сынок. Я никогда не притворялся кем — то другим. Ты всего лишь парень, произошедший от наркоторговца и чокнутой проститутки. Просто подумай, что подумал бы об этом твой модный мир, не говоря уже о твоей новой невесте. Я уверен, ты не зря опустил эти мелкие детали. По крайней мере, никто не скажет, что она вышла за тебя замуж из — за твоих денег, но ты определенно подцепил спелый фрукт. Причем такой полезный.
Я так сильно сжимаю челюсть, что удивляюсь, как у меня не хрустнули зубы.
— Твоё прошлое не имеет ко мне никакого отношения. Никогда не имело и никогда не будет. Твоё пожертвование спермы — единственное, что нас связывает. То, как ты зарабатываешь на жизнь, отражается только на тебе. Никогда больше не звони мне и не смей даже упоминать мою жену.
Я вешаю трубку, не давая ему возможности выплеснуть ещё немного яда. Мне плевать на него, но я ни за что на свете не позволю ему втянуть Мэгги в свой испорченный образ жизни.
Я выхожу из своего грузовика и направляюсь в дом, чтобы сменить Гвен и позволить ей вернуться домой, пока не стало слишком поздно. Этот телефонный звонок и тот факт, что моего лучшего игрока сегодня выгнали за то, что он был вспыльчивым идиотом, вызывают у меня желание врезать кому — нибудь. Это был не тот день, когда я должен был появляться на свадьбе.
Я нахожу Гвен убирающейся на кухне.
— Я не ожидала увидеть тебя так рано, — говорит она, отворачиваясь от раковины.
— Да, я пропустил свадьбу. После игры мне пришлось разбираться с игроком, что заняло больше времени, чем я думал.
Гвен упирает руки в бока, бросая на меня взгляд, которого я не понимаю.
— Значит, Мэгги там одна?
— Да, я отправил ей сообщение. Я подумал, что просто вернусь домой и позволю тебе уйти, пока не стало слишком поздно.
Она задумчиво склоняет голову набок, как я полагаю, по — матерински изучая меня.
— У тебя всё в порядке? Сегодня была интересная игра.
— Я в порядке. Этот парень действует мне на нервы.
Гвен подходит и похлопывает меня по руке.
— Ты прекрасно с этим справишься. Все дети в кроватях, а в холодильнике есть остатки еды и немного печенья, — она указывает на столешницу у плиты, хватая свою сумочку. — Успокойся и убедись, что ты хорошо заботишься о моей Мэгги. Сегодня у неё будет тяжелый день.