– Знал бы я, что такая шалунья в эти дни, то давно бы затащил к себе.
Мой красавчик снова стал покрывать легкими поцелуями плечо. Откинув с лица волосы, он поцелуями прошел дорожку до уха и легонько прикусил. Стон обоих соединился в общей музыке. Я заелозила, потерла ногами друг о друга, стараясь унять разгорающийся пожар и продолжить эту сладкую негу. Вставать совсем не хотелось, чтобы дойти за специгрушкой. Очень нравился сам сон.
Я перевернулась на живот, потерлась лобком о прохладную простыню, пытаясь потушить не на шутку разгоревшийся внутри себя пожар. Не помогло. Я плавилась и текла.
Немного развела в сторону ноги и решила поиграть чуть-чуть пальчиком с клитором.
– Ох, детка. Думай, что ты делаешь. От такого приглашения я уже не могу отказаться….
Я немного ошарашенно дернулась от столь реалистического ощущения тяжести сверху, но было так хорошо, что все продолжала играть с собой и тихонько постанывая.
– Прости…. грань. Дороги назад нет…. и пахнешь ты бесподобно.
После этих слов над моим ухом проникли под трусики и бо́льшим пальцем стали играть с клитором. Этот эрогенный бугорок пульсировал и ныл, требовал ласки, отчего я потеряла реальность от происходящего.
Где-то на задворках сознания услышала тихий рык, пока я стаскивала с себя свои стринги. Я приподняла бедра, стала спускать мешающую мне материю, потом ловким движением скинула их совсем. Я раздвинула бедра, позволяя себе свободно поиграть со своей «киской», как в ту же секунду ошалело распахнула глаза от настоящего ощущения, как в мое лоно ворвались пальцы. Не мои!! Я так не играю с собой! А это было резко, немного больно и…. отрезвляюще сладко. Сон моментально разбился вдребезги, и жуткая реальность повторения изнасилования меня накрыла липким плащом паники. Я дернулась вперед от нависающего надо мной мужчиной и его пальцев во мне, но он второй рукой за талию притянули обратно.
– Шшшш, красавица моя. Не сбега́й. Я не сделаю больно, ты же знаешь. Но я не могу остановиться. Очень сладко….
- отпусти. те (я не знала, кто это и к кому обращаюсь. Голос не был похож на бывшего, но тогда кто и как смог проникнуть в мой дом?! И как я смогла так долго пребывать в ощущениях сна? Я выпила на дне рождении сестры от силы два бокала вина. Не могло же меня так развести, что не помню, как впустила незнакомого мужчину в дом?!)
– Нет…. теперь нет. Не смогу… и не хочу…
Мне в затылок прохрипел эти слова и снова стали водить пальцами внутри. Мое изголодавшееся тело по сексу предательски отозвалось горячими волнами удовольствия. Стенки лона стали резко сокращаться и выдавать соки любви прямо в руки чужому мужчине. Меня накрыла жаркая волна оргазма, что заставило выгнуться как кошке и вцепившись в подушки зубами, стеная, прохрипела из последних сил рассудка -
– Отпустите…...
Но мои действия возымели совсем другую реакцию у столь горячего насильника, что он резко подхватил мои бедра и задрал мой зад кверху. В ту же секунду он впился горячими губами в мои половые губы и начал творить что-то невероятное у меня там. Я еще никогда ранее не получала такой куннилингус в своей половой жизни!
Я выла, извивалась, скребла когтями по его рукам и терлась напряженными сосками по его ногам, т.к. пребывала в подвешенном состоянии и попкой кверху, и открывая ему всё себя. И мое хриплое постанывание – «отпусти», всё больше и больше напоминало: делай со мной что хочешь, только продолжай.
В меня снова резко ввели палец и стенки лона рефлекторно обхватили, а я также резко сама насадилась на его палец.
– Горячая самка… моя.
Этот раскат рыка я уловила больше вибрацией тела, чем распространено слухом. Меня тут же бросили на кровать и вырвали источник наслаждения, что отрезвило похлеще холодного душа.
Я бы хотела вскочить прыткой ланью и дать деру, но от полученных эмоций смогла только ползти по кровати в противоположную сторону. Меня резко схватили за волосы и прекратили любые попытки к бегству. Это всё больше стало напоминать мой предыдущий кошмар, и меня накрыла холодная волна ужаса. А тем временем насильник навалился своим огромным телом на меня сзади, пристраиваясь между ног. Я стала со всей дури отбивать и, пытаясь сбежать, но силы были неравны. Мне широко раздвинули ноги и поставили раком и больно шлепнули по заднице.