Я услышала приглушенный вздох рядом и тихий шепот на ухо: «Еще одна традиция, так?».
— Улыбаемся, детки.
Мама не дружила с техникой и, стоя с огромным объективом в руках и выбирая удобный ракурс, то отступая назад, то, наоборот, двигаясь вперед, выглядела забавно. Я подавила улыбку, когда Уил одернул меня и шикнул, стараясь сохранить серьезное выражение лица. В то время как на гладко выбритых щеках уже проступили ямочки. Он кашлянул, расправил широкие плечи, выровнявшись, и выдохнул. Затвор щелкнул, и мы расслабились. Мама смахнула подступившие слезы, а мы переглянулись и вышли из дома.
***
Шум выпускников был слышен далеко за стенами школы. Все здание гудело, словно пчелиный рой. Стоянка заполнена машинами, но Уил сумел найти свободное место. Припарковавшись, я отправила сообщение Сэм и Итану, которые уже ждали нас.
Удивительно, но не глядя на все, у меня было хорошее настроение. Думаю, ожидание окончания школы перевесило все страхи, проблемы и переживания. Я отправила эссе в Бостонский архитектурный колледж и с нетерпением ждала ответа. Кроме того, уверенность в том, что отъезд поможет мне восстановить эмоциональный фон, не угасала. Нужно было лишь уехать. В том числе поэтому выпускной и стал для меня долгожданной и очень важной ступенькой на пути к достижению мечты.
На школьном крыльце в окружении жужжащих выпускников нас ждали друзья. Саманту сложно было не заметить. Ее ослепительное платье цвета расплавленного золота словно кричало: «Вот я! Смотрите и не пропустите». И пропустить ее точно невозможно. Итан, к слову, тоже выглядел потрясающе: черный смокинг как влитой, не скрывал, а только подчеркивал широкие плечи и накачанный торс.
— Красивые цветы, — кивком он указал на мою руку и, широко улыбнувшись, уставился на Уила. Тот закатил глаза и покачал головой.
— Саманта, твое платье просто ослепительно! — я действительно была потрясена.
— Спасибо большое, — Сэм улыбнулась и покружилась. Расплавленное золото заструилось по ее телу. — Жаль только до бала вся красота скроется под этой безразмерной мантией, — она скривилась, указав на ткань в руках Итана.
— И не забывай вот еще о чем, — который вытащил из-под мантии шапочку.
Вздох недовольства слетел с губ Сэм и мы рассмеялись.
Официальная часть приближалась. И, несмотря на всеобщее приподнятое настроение, мы немного волновались. Но стоило распорядителю подать знак, многочасовые репетиции показали свои результаты. Каждый выпускник знал, где он должен стоять, когда необходимо подняться на сцену и что делать после.
Часы подготовки и ожидания пролетели, словно по щелчку пальцев. Мы выслушали прощальные напутственные слова директора школы и президента выпускников, забрали заветные аттестаты и сделали несколько памятных фото. А через мгновение в небо отправились десятки шапочек, означающих одно: этот этап жизни завершился, под громкие возгласы и такие же громкие удары сердец.
Еще десять минут назад стройные ряды школьников вдруг рассыпались. Каждый отправился к родителям и друзьям, чтобы через время собраться в спортивном зале. Сбросив мантию, я облегченно вздохнула и свернула ее. Приподнялась на носочках, чтобы отыскать родителей и сестру. Они подошли через мгновение, обняли меня, а папа подарил букет цветов.
— Ты была просто прекрасна!
— Как и десятки других выпускников, одетые в точно такие же, как и у меня, мантии и шапочки.
— Не ворчи, — Анна поправила локоны на моем плече и указала на платье. — Ну, в этом ты точно прекрасна.
— Согласен, детка. Выглядишь превосходно.
— Спасибо, папа.
В раскрытые объятия я нырнула без раздумий. Прижалась к теплой груди и глубоко вздохнула, впитывая родной запах.
— Нам всем обязательно нужно сфотографироваться, — мама в очередной раз приложила к глазам бумажный платок и осмотрелась. — О, профессор, вы как раз вовремя. Не поможете нам?
Не знаю, заметил ли папа, но я почувствовала, как напрялась спина и задеревенело тело. Я медленно отпрянула и развернулась. Мистер Смитт стоял рядом, всего в метре от нас и улыбался.
— О, по правде говоря, я пришел поздравить свою лучшую выпускницу. Но если еще и смогу помочь вам, то буду рад.