Он был прав, глупо отрицать очевидное. Но на душе все равно было тоскливо, и я задала вопрос, пытаясь убежать от неприятного разговора.
— А как ты провел вечер?
— Отлично, спасибо. Я люблю приходить на «Костер выпускников». Встретиться и пообщаться с друзьями. Мы все разъехались, и встреча здесь стала уже своего рода традицией, — он говорил легко и искренне. Задумавшись на мгновение, усмехнулся и скосил на меня свой взгляд. — А еще можно вдоволь повеселиться, глядя на наивных будущих студентов, мечтающих о новой жизни.
Я возмутилась и Тайлер поднял руки, сдавшись.
— Ладно, ладно. Шучу я.
— Знаешь, Уил говорил точно также, — вопросительный взгляд коснулся лица. — Ну, что вы «приезжаете посмотреть на максималистов полных надежд, которыми были сами и посмеяться за их спинами, прекрасно представляя, как все эти надежды с треском разрушатся в следующие годы», — я процитировала Уила, нарисовав в воздухе кавычки.
— А мне нравится этот парень, — Тайлер хмыкнул.
— Да. Мне тоже.
В воздухе снова повисла неловкая пауза и в очередной раз Тайлер пришел на помощь.
— Уил… Знакомое имя. И где я мог его слышать? — он задумался. — Точно. Осень. Байдарки. И парень, который чуть не убил меня взглядом, когда я сплавлялся вместе с тобой. Ты назвала его Уилом, — он обрадовался словно ребенок и поднял вверх указательный палец. Шерлок чертов.
— А у тебя феноменальная память, — я съязвила, чтобы скрыть удивление. Не думала, что он настолько внимателен.
— Так это он тайный воздыхатель, правильно?
— О, прошу, не называй его так. Он мой друг.
— Ага, в тот раз ты тоже так говорила.
Я замычала и снова спрятала лицо в коленях. Волосы, словно спасительный круг помогли не утонуть в море внимательного пристального взгляда.
— Ладно, прости.
Удивительно, но в действительности я не злилась. Скорее просто вредничала понимая, что выгляжу для Тайлера как раскрытая книга. Но он не использовал то, что узнал против меня, не манипулировал. Напротив, находил нужные слова и интонации. Я повернула голову, щекой уперлась в колени и посмотрела на Тайлера, в который раз удивляясь, что рядом с ним было спокойно.
— Почему ты подошел ко мне, когда увидел. Мог бы остаться с друзьями.
— Друзья ушли. Я и сам направлялся домой, — Тайлер посмотрел на волны, опустил голову и, протянув руку, нарисовал на песке замысловатый узор. Пожал плечами. — И… тебе было плохо.
Наши взгляды встретились и на доли секунды мне показалось, что звуки вокруг, словно по щелчку пальцев, выключились. Стало тихо и только стуки сердец нарушали возникшую тишину. Когда его рука медленно приблизилась к моему лицу, а пальцы подхватили упавшую на лицо прядь, я отшатнулась. Если Тайлер и удивился, то не подал вида. Он совершенно спокойно опустил руку, поднял один из камней и, повертев, швырнул его в воду.
Мы замолчали, но в этом молчании было что-то особенное, невидимое, но значимое.
— Кажется, ты уже совсем протрезвела и, думаю, нам пора.
— Я не была пьяна. Я говорила, — если первые слова были скорее возмущенным шёпотом, то следующие прозвучали громче. — Куда пора?
— Ну, не знаю, как ты, но я чертовски голоден.
— Тайлер, сейчас пять утра. Все закрыто.
— Верно подмечено, подруга. Но пока мы дойдем до нашего места, оно как раз откроется.
Не дав мне время подумать, он поднялся, отряхнул свою одежду от песка и протянул мне руку. Прищурившись, я окинула взглядом его невозмутимое лицо.
— Нет никакого «нашего места», — приняла помощь и вложила ладонь в его, теплую.
— Господи, Эмми! Ну, что у тебя с памятью? — Тайлер театрально вздохнул и, покачав головой, обнял меня за плечи. Чуть склонил голову и отыскал мои глаза. — Вспоминай: уютное кафе, кофе и жуткий ливень за окном, — я догадалась, и он улыбнулся. — Вот видишь. Вспомнила, — аккуратно щелкнул меня по носу и развернувшись, двинулся вперед, отчего-то понимая, что я пойду следом.
И я пошла, оставив за спиной первый рассвет нового этапа жизни.
Глава 27
Тайлер оказался прав. Мы шли довольно долго и, когда ступили на крыльцо кафе, оно уже открылось. Зал был пуст, что неудивительно в такое раннее время. Уверенно шагнув в помещение, Тайлер нырнул вглубь зала и подошел к столику, что мы занимали в прошлый раз и который за несколько месяцев стал моим любимым.