– Мы можем! – с готовностью отозвалась Грасия. И, хихикнув, бросила в сестренку тефтелькой.
– Засыплем песком! – поддакнула Доротея и бросила тефтельку обратно.
– Заморозим! – Грасия поймала на вилку и прицелилась, сощурив один глаз.
– Отставить! – рыкнул каудильо и хлопнул ладонью по столу.
Тефтелька подпрыгнула и, перелетев через стол, плюхнулась в супницу к Аби, обдав ее мелкими жирными брызгами.
Та гневно вскрикнула и подскочила, как ошпаренная.
Что-то треснуло над ее головой.
Я подняла лицо и с ужасом увидела, как вверху под потолком закручивается спиралью густое и черное облако. В его сердцевине пульсировала наливающаяся светом молния.
И это все находилось прямиком над коляской с мирно посапывающей малышкой!!
– Будет так, как я сказал! – услышала я цедящий голос каудильо, который будто ничего не видел. – Абигайл, ты завтра встретишься с женихом и будешь любезна с ним! Так, как и должна быть принцесса Астурии!
– Ни за что! – выкрикнула Аби.
Вращающееся облако раскололось молнией.
– Осторожно! – вскрикнула я и сорвалась вперед.
В одном прыжке я успела дотянуться до коляски и оттолкнула ее в сторону. И в то же время молния полыхнула над моей головой.
Я словно ослепла на миг. Голова стала тяжелой и какой-то горячей. Но боли не было. Я не чувствовала ничего, только вскрикнула от страха и неожиданности, и упала на пол.
Перед глазами роились огненные мушки, а ко мне уже бежали лакеи.
– В порядке? – спрашивали они. – Сеньорита…
Я увидела склонившееся надо мной побелевшее лицо каудильо.
– В порядке, – едва слышно ответила я. – Что это, ради всего святого, было?!
Кабрера схватил меня за плечо и сжал так, что я вскрикнула снова.
– Никогда! – прорычал он, обжигая меня взглядом. – Больше никогда не смей соваться в грозовой фронт прямо под молнию Аби! Ты могла погибнуть, о, мьерда!
– А вы бы тогда… огорчились? – сглотнув, осведомилась я.
Он скрипнул зубами и выпрямился. Полыхнувшие мимолетным испугом глаза превратились в пустые изумруды.
– Тогда мне бы пришлось искать другую невесту. Только и всего.
Мельтешение уже проходило, как исчезал и шум в ушах. Я вытерла лицо ладонью и увидела, что никакого облака больше нет, зато рядом со мной в паркете зияет огромная прожженная проплешина.
Ровно на том месте, где стояла коляска.
Я обернулась и с облегчением увидела, что Бланка стоит у дверей, прижимая к себе хнычущую и ничего не понимающую малышку.
– Не только, – произнесла я, поднимаясь и расправляя плечи. – Вам бы пришлось искать и другую дочь.
Каудильо дернул щекой, словно он собирался что-то сказать. Протянул руку, словно хотел дотронуться до моего лица. Подержал на весу… Но передумал и махнул лакеям.
– Отведите сеньориту в ее комнату, а девочек в спальню! – велел он. – Мне рома в покои! Ужин закончен, а я утомлен.
И, чеканя шаг, быстро покинул столовую.
Глава 5. Сказка на ночь
После того, как я побывала под молнией Абигайл, меня трясло. Но больше всего поразили слова Доротеи. Прощаясь, она схватила меня за руку и тихонько сказала, глядя прямо в глаза:
– Роза помогла, верно?
Я схватилась за волосы и вытащила цветок. На краях листочки слегка почернели, словно побывали у открытого огня. Открыла рот, чтобы расспросить девчонок о странном разговоре за ужином, о розе, о невесть откуда взявшейся молнии, но тех уже и след простыл.
Все чудесатее и чудесатее! И, честное слово, не слишком-то я в восторге от таких чудес.
После всех переживаний, после сытого ужина и вина меня быстро склонило в сон. Сколько времени проспала – не знаю, часов в моей темнице не было. Зато будильник оказался более чем громким.