Подлетая к дому, я задумался вот ещё о чём. Смогу ли я приземлиться на тот балкон с которого улетел утром? Впрочем, балконов у замка было много, если что - найду побольше.
Прежний балкон всё же оказался достаточно большим для посадки меня, выросшего до двадцать восьмого уровня. Однако, ещё три-четыре уровня и его точно не хватит. Завтра перед вылетом поброжу по замку, поищу новый, с которого вылечу и на который смогу вернуться, даже если сильно подрасту.
Ночь прошла спокойно. Утро было ярким и свежим. Лёгкий ветерок подбадривал, помогая лететь к морю. Над деревней я больше не кружил, хоть люди снова и выбежали на улицы посмотреть на меня, просто быстро пролетел. Я помнил, где охотился вчера, туда и стоило отправиться, так как близко к берегу делать было уже нечего. Поймав попутный поток... Поток? Ветер не дует весь сразу в одну сторону. Он делится на потоки... Если правильно поймать поток, то лететь будет легче. А ещё я вспомнил про восходящие потоки и... как это... когда потоки разбегаются в стороны... и дуют резко с разных сторон... ладно, позже вспомню.
Играть с ветром тоже было интересно, выискивая нужные потоки, поднимаясь, опускаясь, меняя направления движения. Я так увлёкся, что чуть не пропустил повышение уровня.
Я же не охотился и не дрался? Я просто летал.
Интересно.
Значит повышая и совершенствуя свои навыки я тоже расту. Здорово! Однако голод напомнил о необходимости что-нибудь съесть. Сейчас поймаю какую-нибудь рыбу, или две... или три...
Но, сколько я не всматривался в воду, никаких рыб я не видел. Наверное, очень глубоко. Значит надо нырнуть.
На глубине было прохладно и не слишком светло. Но опустившись почти до самого дна я увидел существо в панцире, похожем на мою чешую. Он медленно полз, перебирая множеством маленьких лапок, а перед головой держал две огромные клешни. Надпись над ним говорила, что это гигантский омар тридцать первого уровня. Ого! На два уровня больше моего. Во мне проснулся азарт! Я должен попытаться его поймать.
Я сделал круг над омаром и, проплывая буквально над ним, попытался схватить его за панцирь. Мои когти соскользнули, а его клешня чуть не вцепилась мне в хвост. Надо быть осторожнее. Хорошо ещё, что добыча не так проворна, как я. Несколько попыток схватить омара за панцирь или за хвост оказались неудачными. А ещё, приходилось каждый раз уворачиваться от клешней. Один раз я даже чуть не зацепил какую-то корягу на дне, но вовремя её заметил. Можно было поискать добычу попроще, но я уже не хотел отступать. Да и омар, похоже, тоже стал охотиться на меня.
Просто силой мне его не одолеть, надо хитростью... Хитростью? Это значит, что надо что-то придумать, что поможет моей силе и ловкости.
Поразмыслив, я стал кружить над омаром, провоцируя его атаковать. Но, за мгновение до того, как его клешни смыкались, пытаясь вонзиться мне хоть куда-нибудь, я уворачивался. Постепенно я двигался к той коряге, которая, чуть не помешала мне ускользнуть очередной раз. Наконец омар подполз достаточно близко к ней, а я заложил вираж, чуть ли не касаясь коряги хвостом. Противник атаковал, но его клешня сомкнулась на затопленной древесине, а не на моём хвосте, как, наверное, он думал. Я тут же ухватил корягу с другой стороны и потащил наверх, на столько хватало сил, надеясь, что охотничий азарт не позволит омару разжать клешню или хотя бы ослабить хватку.
Пловцом он был никудышным, да и в тактике явно не разбирался... Тактика? Вот! Моя хитрость - это тактика, я могу не только быть сильнее, я могу быть тактичнее врага. Нет, что-то не то... тактичность... тактика... Потом разберусь в словах. Главное - я перехитрил, у меня была тактика, теперь у меня есть шанс победить.
Над головой уже подрагивала мелкой рябью поверхность моря. Вынырнуть и доплыть до берега, лишь бы добыча не сорвалась. Омар был сильной и опасной добычей, но удача была на моей стороне. Подтащив противника к берегу, я отпустил корягу и выбежал на песчаный пляж. Омар упорно, хоть и медленно полз за мной, так и не выпустив корягу из клешни. Я не стал больше нападать или пытаться заманить его ещё куда-либо, просто хватал камни, поднимался с ними в воздух и бросал сверху. Иногда камни падали мимо, иногда попадали довольно удачно по панцирю, оставляя вмятины или трещины. На берегу омару было труднее двигаться, чем в воде. Он устал, да и повреждения, нанесённые упавшими на него камнями, сделали своё дело. Пора было заканчивать бой. Я снова взмыл над противником, но на этот раз без камня. Просто поглубже вдохнул, согрел воздух внутри и, спикировав на добычу, резко выдохнул огонь.