Когда шатер опустел и в нем остался лишь серокожий вождь Орал и один из сильнейших генералов Орды, зеленокожий орк Огнор, то вождь поставил на стол артефакт, который создал барьер тишины в шатре. После этого Орал заговорил:
—Огнор, ты один из самых, если даже не самый, сильный орк в нашей орде. Но в этой битве ты не будешь учувствовать, — слова вождя сильно ударило по генералу.
—Вождь, — от таких слов, Огнор сжал свой топор сильнее и уже хотел высказать все, что думает о своем вожде, но сумел взять себя в руки. С остатками гнева, генерал спросил. — Причина?!
Орал посмотрел на своего генерала, который сжимал свой топор и был на грани срыва. Вождь понимал, что для орка битва — это жизнь. А будущая битва определит победителя и если они проиграют, то ни предков, ни семьи у орков больше не будет. Огнор не был тупым воякой, он был тем оркам, которые сначала подумают куда бить, а потом уже ударят…но это касалось лишь первого удара.
—Перед пробуждением, — начал вождь и не думая скрывать правду от своего генерала, да и орки никогда не врут или не договаривают. — Ко мне пришли предки и сообщили, что эту битву мы проиграем.
—О милостивые предки…—ошарашенно проговорил Огнор и выронил свой топор.
—Но мы не проиграем войну, — доставая необычное кольцо, сказал вождь своему генералу. —Финальная битва будет через полторы тысячи лет. И чтобы уровнять шансы, наши предки принесли мне видение и дар.
—Мой топор принадлежит предкам! — став на одно колено перед вождем и подняв свой топор выше головы проговорил орк.
—Ты будешь запечатан, как и пятьсот наших братьев и сестер. Когда ты вновь ощутишь жизнь, то я буду ждать тебя с избранным. Мы поможем ему в битве! —голос вождя звучал сурово и все проговоренные слова крепко засели в голове генерала.
—За предков! — ответил лишь Огнор с горящими от ожидания глазами.
—За семью! —добавил вождь и запечатал своего генерала в кольцо.
Сразу после этого, Орал чуть не упал на землю от проходящей через него силы. Он поднял свой фанатичный взор на потолок шатра и помолился предкам, чтобы все прошло успешно, и он не зря отобрал триста элитных воинов и двести детей возрастом от года до двух, запечатав их в кольцо, которое передал Фобос, дракон знаний.
Он до сих пор гадал, почему предки сотрудничают с драконом. То, что это наваждение и всё это ему внушили, он сразу отмёл. Орал не раз общался с предками и спрашивал у них советы, и он запомнил все ощущения, исходящие от них.
Но орку не стоит задумываться об этом. Орку главное уметь держать оружие и убивать своих врагов. Пусть думают шаманы и учёные, даже несмотря на то, что он вождь всей Орды.
За тридцать минут до заката луны и появления порождений чумы, всё войско уже стояло на поляне и ждала своей участи. Многие понимали, что эту битву переживут немногие и лишь Орал понимал, что в живых останутся лишь единицы и эти единицы будут готовятся к следующей битве.
—Воины! — из войска людей появился их король. Он был весь обвешен в золото. —Сегодня мы наконец дадим отпор войско нежити…
Вождь орков лишь фыркнул на него и перестал слушать слова короля. Он даже не помнил его имени. Орал не считал его истинным воином, для него королем людей был сын короля по имени Генри. Вождь орков не очень-то и уважал людей, он считал их слабыми и слишком тупыми, даже с сравнением с орками. Лишь Генри Хайнгард был тем, кого орки уважали и признавали великим воином из расы людей.
—Они даже не понимают, что нежить и порождения чумы — это не одно и тоже, — фыркнул шаман Лонел, стоя возле своего вождя.
—Они все умрут, — сурово сказал Орал.
На это шаман лишь улыбнулся, а до часа чумы, оставалось десять минут.
—Орда! — прокричал Орал, а все, даже другие расы обратили на него внимание. — Наши предки ждут нас! За предков!
—За семью! — воинственный крик всей орды пронёсся по всей поляне, и орки начали свой марш, который вообще не был похож на строевой марш.
За орками пошли и другие расы. Их строй был более ровный и впереди шли воины с щитами. Зверолюди же полностью повторили марш орков и соединились с ними в один ряд. Снайперы людей, дварфов и эльфов заняли холмы и уже натянули свои луки и арбалеты. Дварфы же стали заряжать свои механизмы. Маги всех рас стали усиливать воинов, а боевые маги стали присоединяться к маршу.