– Мама, Арсен скоро вернется, я боюсь, что у тебя будут неприятности, – уговариваю я ее.
– Лиза, кто-то должен перед ним ответ держать, если ты сбегаешь.
Сбегаю? Мне даже не приходила в голову такая мысль. Почему выйти замуж за любимого человека – это бегство? Хотя… в нынешних условиях я, и правда, хочу скрыться, переждать где-то бурю, но признаться в этом себе очень трудно, практически невозможно.
– Мама, я не сбегаю, – говорю твердо и решительно. – Я выхожу замуж за любимого человека!
Волна тошноты неожиданно поднимается из желудка. Я срываюсь с места и бегу в туалет. Мама молча придерживает мои волосы, умывает, как маленькой девочке, лицо, дает стакан воды.
– Лиза, сколько дней у тебя задержка?
– Две недели, – густо краснею я.
– Сиди дама. Я в аптеку.
Тест показывает две полоски. Так и решается наша с Игорем судьба. Мы расписываемся в загсе и уезжаем. Обустраиваемся на новом месте быстро, муж приступает к обязанностям начальника, я занимаюсь домашним хозяйством и радуюсь новой жизни, растущей у меня в животе.
Глава 7
События нарастают, как снежный ком, а главное, играют на руку Тавади. Быть лучшим другом и помощником — идеальное прикрытие для охотника. Здесь можно сыграть на чувстве долга и ответственности.
Я наблюдаю за тем, с каким азартом он занимается семейными делами Лизы, и поражаюсь, зачем этому человеку нужна скромная девушка. У ног Тавади первые красавицы столицы. Они готовы на все, чтобы его заполучить, но он, как клещ, вцепился в журналистку и лезет напролом: организовывает похороны отца, давит на телекомпанию, чтобы Лизе открыли собственное шоу. Столько энергии и сил, а она по-прежнему сопротивляется.
Не знаю, какие чувства вызывает у меня эта девушка. С одной стороны уважение, все же не поддаётся обаянию и деньгам Тавади, держит марку. А с другой — раздражение. Согласилась бы с ним переспать, и на этом закончились бы ее муки. Арсен не возвращается к таким, как она, дважды. Использует, как туалетную бумагу, и спускает в унитаз.
Но из-за того, что я вынужден постоянно заниматься ее делами, милое личико журналистки всегда перед глазами. Я понимаю, что она едва держится на ногах, и борюсь с непреодолимым желанием обнять, защитить, заслонить собой от проблем. Но женщины босса для меня табу! Не вижу, не слышу, не жалею!
Однажды ловлю на себе внимательный взгляд Тавади.
— Кирилл, тебе нравится Лиза?
На мгновение теряюсь. Проницательный, сукин сын! Все видит!
— Нет, Арсен Николаевич, – твердо отвечаю ему. – Просто жалко девчонку. Помню, как тяжело мы с мамой переживали, когда отец попал в аварию, — выкручиваюсь я и чувствую, как по позвоночнику ползёт капля пота.
— Ну-ну!
Я делаю каменное лицо. Меня чужие траблы не касаются, со своими бы разобраться. С этого дня стараюсь молча выполнять приказы, не проявлять эмоций.
— Кирилл, сегодня у меня ужин с Лизой, — говорит Тавади через неделю после похорон.
Сердце пропускает один удар, а потом начинает бешено колотиться. Адреналин мощным потоком поступает в кровь. «Что? Когда Лиза согласилась? — мечутся в голове вопросы. — Почему я не в курсе?»
— Я понял, — говорю сипло, внезапно спазмом перехватывает горло. — Закажу место в лучшем ресторане.
— Нет, ты не понял, — его взгляд холодеет. — Меня пригласила на ужин ее мама.
«Вот как?» — я немного сбит с толку. Такой визит больше походит на официальное знакомство с родителями. Хотя... выводы ещё делать рано. Может, всего лишь простая вежливость.
— Ясно.
Однако ужин, кажется, срывается. Тавади вылетает из подъезда с перекошенным лицом. Давно я не видел его таким разъяренным. Он рвёт дверь машины так, что чуть не выдергивает ее из креплений, и шипит:
— Ну, сучка малолетняя! Ты у меня ещё попляшешь!
Я вздрагиваю и поворачиваюсь к боссу.
— Что-то случилось, Арсен Николаевич?
— Кир, звони Чаки!
Чаки? Невольно дергаюсь. Чистильщиков мы вызываем в самых крайних случаях. Получается, Лиза оскорбила Тавади?
— Может быть, ещё подождём?
— Ты будешь со мной спорить? — отрезает он и смотрит на меня глазами дьявола, в которых полыхает адское пламя.