— Невозможно испортить то, что уже и так испорчено, сломано и не работает с самого начала, — тихо сказал он.
— И тут появляешься ты, чтобы открыть мне глаза на правду? Как благородно! — съязвила Кира. — Все, что ты говоришь, можно смело делить на десять. Думаешь, я не понимаю, что вы оба что-то от меня скрываете? Не исключено, что решили совместными усилиями довести меня до нервного срыва.
— Классное предположение, но все немного не так. Верным будет утверждение, что нам обоим вообще параллельно на твое состояние и душевное равновесие. И мне, и ему.
— Зачем тогда ты сейчас здесь?? Я же сказала «проваливай»!
— Мне не чужда жалость. А ты, поверь мне, самое жалкое создание, какое только попадалось мне на пути. Давай довезу тебя до дома, ляжешь спать. Обещаю, что не буду тебя подкалывать. Меня это уже даже не веселит.
— Чем я хуже нее? — вдруг вырвалось у Киры.
— Ты про Милану?
— Да.
— Без понятия, я с ней не спал.
— Я не об этом. Почему он ушел с ней, хотя пришел со мной? Потому что она спортивная? Ему такие нравятся, да?
Алексей приложил ладонь к лицу:
— Ему нравятся любые, если они соответствуют трем критериям: женский пол, молодая, привлекательная. Для него нет разницы — ты, Милана или Глаша. Он пытается вести сексуальную жизнь так же активно, как делал это лет двадцать назад. Но ни хрена не получается, поэтому каждая из вас выводит его из себя. Вы — наглядное доказательство, что его возраст уже взял свое.
— Он… он всегда был таким?
— Без понятия, я знаю его не с самого начала. Ему был двадцать один год, когда я родился.
Киру снова закрутило в водовороте мыслей: «Как же так получилось, что я сама загнала себя в такое положение? Меня ведь предупреждали, мне говорили… и Оксана, и Алиса… но я просто не слушала и даже не хотела слушать. А теперь я понятия не имею, как мне выбраться из этого колодца. Точнее, я даже не хочу этого делать. Кажется, я не просто влюбилась, я люблю. Так сильно, что хочется кричать…»
Алексей легонько потряс ее за плечо:
— Дождь. Видишь?
И действительно, с неба падали крупные капли.
— Встань под козырек, — велел парень, — я сейчас подгоню машину.
Кира сделала, как он сказал. Вскоре они уже ехали по шоссе. Скорость Алексей не набирал, хотя дорога была почти пуста. Музыку тоже не включал. «Наверное, ему и вправду меня жаль» — подумала девушка.
— Какая у тебя должность? — спросил он.
— Что?..
— Кем ты работаешь? Секретарша, бухгалтер?
— Я младший программист.
— Ты щас серьезно?
— Более чем.
— Что такое бэклог?
Кира закатила глаза:
— Список задач.
— Ни разу не видел программера с накачанными губами и силиконовыми сиськами.
— Сочту за комплимент.
— Ага. Возможно, однажды рассмотрю твою кандидатуру и найму на работу.
Кира выдала слабую улыбку:
— Больно надо.
Дальше они ехали в молчании. Казалось, Алексей о чем-то напряженно думает, но и сама Кира была в таком же задумчивом состоянии. Все гадала, как ей дальше быть: сможет ли она повлиять на Олега и сделать из него просто любящего мужчину или это невозможно?
Довезя девушку до ворот, Алексей пожелал ей спокойной ночи и затем уехал.
— Все-таки не такой уж ты и мудак, — подумала она, глядя как его автомобиль уносится в сторону выезда из поселка.
В ту ночь Олег так и не вернулся, а утром Кира отправилась на работу. В душе у нее теплилась надежда, что они поговорят по душам и все обязательно наладится.
Глава 43
Прибыв на место, девушка первым делом спросила у охранника, на месте ли директор. Услышав отрицательный ответ, она не стала проходить через турникет, а вернулась на улицу. Там посильнее закуталась в пальто и, переминаясь с ноги на ногу от холода, принялась ждать Олега. Пока стояла, с тоской вспоминала те дивные времена, когда можно было носить удобные и практичные вещи.
«Сейчас бы стояла в теплых ботинках, удобных джинсах из плотной ткани и огромном оверсайзном пуховике, в котором никакие холода не страшны…»
В тот момент она впервые почувствовала некое внутреннее сопротивление. Ей не нравилось все происходящее, но пока было неясно, что со всем этим делать.
Наконец к парковке возле главного входа завернул седан любимого. Вскоре он щелкнул брелоком и, пока шел к стеклянным дверям, неудовольствие на его лице сменялось раздражением и наоборот. Кира поймала себя на мысли, что ни разу не видела в его глазах даже толики тепла, когда он смотрел на нее.
— Где ты был ночью? — начала она, позабыв о приветствии. В груди клокотала ревность, а еще был страх, много страха. Казалось, ее мирок разваливается на части куда быстрее, чем она склеивает его части между собой. — Почему ушел и не предупредил?? Олег, я всю ночь не спала!