Я совсем забыла, что у нас есть компания – так мне сейчас хорошо. Все, как в наши первые свидания: сердце колотится, в голове легко и пьяно, и сильные Димкины руки вытаскивают меня из сугроба и бережно отряхивают.
– Замерзла? – он целует меня в кончик носа. – Едем домой?
– Едем!
Я кладу ему руки на плечи и смотрю в лицо. Его карие глаза сверкают, снег в бровях. Он похож на деда Мороза или на небритого полярника.
И вдруг мое сердце болезненно сжимается. Не знаю, почему мелькнула у меня горькая мысль: а вдруг придется нам с Димкой расстаться? Расстаться навсегда… Раньше я мало задумывалась о будущем – мне представлялось, что мы будем вместе всю жизнь, это само собой разумеется, это не подлежит сомнению!
…Но ведь может быть всякое. И что тогда? Как я тогда буду жить – без него, без этих прогулок, без наших шуток, дурачеств и разговоров без слов? С Димкой прошла вся моя взрослая жизнь. Он поддерживал меня, смешил, терпеливо ухаживал, когда я болела. Благодаря ему я стала такой, какая я есть – ведь партнеры формируют характер друг друга.
И это воображаемое будущее без Димки так страшно, что я вздрагиваю, а по позвоночнику бежит холодок.
Тут же вскакиваю и тормошу Димку, чтобы выбросить глупости из головы.
Не стоит даже представлять такое. Мы молоды, здоровы. Мы будем вместе много-много десятков лет. Никакие обстоятельства нас не разлучат.
Я очень счастливый человек. Мне повезло встретить своего мужчину рано, и все у нас складывается хорошо. Так хорошо, аж порой страшно...
15
Следующие две недели прошли так насыщенно, что для черных мыслей места просто не оставалось.
– Карина, ты же рисовать любишь, да? – пристала ко мне как-то на обеде Катя. – Пойдем со мной на курсы? Рисование для взрослых. У нас рядом с домом открыли во Дворце культуры, вчера дядька рекламный листок дал. Ну я и думаю: а что, надо бы записаться! А то бегаю с работы домой, из дома на работу, людей живых не вижу. Говорят, рисование нервы здорово успокаивает. Но мне одной не хочется. Там, поди, все рисуют как Айвазовские, а я тут такая криворукая приду, надо мной смеяться будут…
– Ну что за глупые комплексы, Кать! Никто смеяться не будет.
– Ну пойдем, а? Ты хоть мне покажешь, как карандаш держать.
– У преподавателя спросишь! Ему за это деньги платят.
– Он подумает, что я совсем дура! Это он рекламки и раздавал. Знаешь, такой представительный, с усами, с бородкой, в шарфе красном… Картины продавал на ярмарке мастеров. Ну, мы и разговорились.
– А, понятно! С усами и бородкой, говоришь? Представительный? И наверняка без кольца на безымянном пальце. И ты не хочешь перед ним дурочкой выглядеть? Ну-ну! – смеюсь я. – Только тебе наоборот надо будет почаще ему вопросы задавать.
– Ну вот, я серьезно, а ты смеешься!
– Пойдем, Кать! Я с радостью. Меня тут Дима упрекнул, что у меня интересов никаких нет. Давненько я не брала карандаша в руки!
И после работы мы пошли в Дом культуры записываться на урок по рисованию.
Занятие мне понравилось. Пришло десять человек с разным уровнем мастерства, были и те, кто рисовал сносно, и те, кто только и мог что точку-точку-огуречик изобразить. Руководитель по имени Владислав оказался вовсе не страшным и очень симпатичным, похожим на Арамиса.
К Кате он подходил чаще всех – ей и не пришлось у меня совета спрашивать. Она сначала краснела, глазами хлопала, а после того как Владислав ее похвалил пару раз за «смелость штриха», освоилась. На меня уже и внимания не обращала, к концу занятия кокетничала с Владиславом во всю.
Владислав показывал нам основы, которые я уже знала, но повторить не помешало – рука у меня за годы утратила твердость. А когда спустя несколько занятий он велел изобразить, что фантазия подскажет, я начала с удовольствием рисовать то, что и в школьные годы – дам и кавалеров в средневековых платьях. В детстве я часто для мамы делала эскизы и любила рисовать одежду, хотя задатков модельера у меня нет. Свои наряды создавать я не умею и не хочу, а вот срисовывать, украшать – сколько угодно.
– Весьма неплохо, Карина, – похвалил меня Владислав. – Костюмы у вас выглядят профессионально. Много деталей. Вы имеете какое-то отношение к портняжному ремеслу?
Выражается он красиво, по-старинному, разные книжные словечки вставляет. Его забавно слушать.
– У меня мама портниха, я в детстве куклам одежду рисовала и шила.
– Мои знакомые занимаются изготовлением одежды для ролевиков и для театра. Хотите, я вас с ними сведу? У них на втором этаже есть цех и кружок для разделяющих их увлечения. Я к ним тоже иногда заглядываю. Приходите, будет интересно! Вместе с Катериной...