– Кать, нам пора, – прерываю ее.
Катя вздыхает и неохотно берет сумочку.
Олег идет к стойке рассчитаться, мои робкие попытки разделить счет решительно отметает, и еще и смотрит грозно, чтобы не смела настаивать.
Но уж от его предложения отвезти нас домой я отказываюсь наотрез: тут идти всего ничего, один квартал. Приятно будет прогуляться.
Мы расстаемся, и я отмечаю, что вечер прошел неплохо. С Олегом можно иметь дело, когда он не играет в ловеласа. Нормальный дядька в целом. Умный, красноречивый, уверенный, заботливый. Детей любит.
Вот бы у меня такой отец был, вдруг думаю я. Своего отца я не люблю и не притворяюсь, что люблю. Когда он не выпивши, корчит из себя настоящего мужика, пытается командовать, придирается. А когда выпивши, он жалок и мерзок.
Отец он никудышный. Не гулял со мной, не играл, на родительском собрании не показывался. По его понятиям, детей воспитывать, да еще дочь – не мужское дело.
У матери тоже своих заморочек хватает. Мне легче найти общий язык с инопланетянами, чем с ней. В школьные годы я отдалялась от нее все больше и больше. А когда стала подростком, самой близкой взрослой женщиной и другом для меня была наша учительница русского Мария Михайловна. Она вселила в меня уверенность в себе. От нее я узнала все самые важные вещи на свете. Она научила главному: объяснила, что можно и нужно жить так, как хочешь ты, а не твои окружающие и родня.
Надо бы навестить ее, думаю я, пока иду домой. Последний раз мы виделись на вечере встречи в школе три года назад.
Захожу во двор и вижу, что в окнах квартиры не горит свет. Димки еще нет.
Мне немного досадно, но я отношусь к его отсутствию с пониманием. Еще не поздно – часов девять. Поэтому, очутившись дома, я безо всякой тревоги принимаю душ, занимаюсь домашними делами. И вовсе не собираюсь встретить Димку скандалом. У твоей второй половинки должны быть свои увлечения и досуг. Мы не обязаны быть вместе двадцать четыре часа в сутки. Я в курсе, где Дима, Дима в курсе, что я жду его. Скоро появится.
В десять меня неудержимо клонит в сон, и я отправляюсь в постель. Пишу Димке сообщение: «Я легла, дверь закрыла на ключ, не буди».
Ответ не приходит, но я не перезваниваю. Неприятно ведь , когда тебя дергают и звонят каждые полчаса, как будто ты на коротком поводке.
Ложусь в кровать и моментально засыпаю.
…Просыпаюсь от шума в прихожей. Щелкнул замок на входной двери, Димка споткнулся и негромко выругался. Приподнимаю голову и сонно хлопаю глазами на часы на тумбочке.
Три часа ночи! Однако!
Я сердита и встревожена. Загулял так загулял Димыч! Ладно, хоть живой вернулся.
Выбираюсь из постели и выхожу в прихожую.
– Карин, прости, – говорит Дима хрипловатым голосом. – Увлекся и счет времени потерял. Тут у меня приключение было… расскажу – обхохочешься. Ты только в обморок не падай, все в порядке.
Он виновато разводит руками и поднимает голову.
Я ахаю и хватаюсь за сердце.
В неярком свете лампы вижу, что у Димки сильно разбита губа, и на правой брови наспех обработанная йодом ссадина.
23
– Димка! – кричу я. – Что случилось? Ты что, подрался?!
– Да нет, нет! – машет он руками. – Не паникуй! Ну что вы за народ такой, женщины… Чуть что, сразу визжите! Я в косяк вписался.
– Как это так?!
– Обыкновенно. Мы в антикафе сидели, в мафию играли, немного выпили. Ну и я рюмку пропустил. Голова закружилась. Когда пошли на выход, меня окликнул кто-то, я повернулся и – бам! Поздоровался с дверью.
– У тебя сотрясение может быть!
– Да прям! Там аптечка была, мне сразу все обработали.
Димка объясняет суетливо, снимает куртку, идет в ванную мыть руки. Я не отстаю.
– Дим, вот честно… как-то не верится. Скажи правду: ты подрался с кем-то? К тебе гопники пристали?
– Да никто ко мне не пристал! – отмахивается он с досадой. – Карин, ну правда, пустяк. Царапина и синяк.
– Дай посмотрю.
Он вздыхает и подставляет лицо. Я внимательно изучаю его виноватую физиономию. Раны и правда небольшие, но все же губа и бровь разбиты, кожа порвана.
– Давай еще раз промоем…
– Карина, отстань! – вдруг взрывается он. Но тут же смягчает тон. – Мне и так стыдно. Дурацкая ситуация. Блин, как дебил дверь не заметил.
– Как ты завтра на работу пойдешь с такой рожей? Останься дома, поработай удаленно. Артем разрешит.
– Да, пожалуй… А ты-то как вечер провела? С этим… Олегом Борисовичем? – вдруг идет он в атаку. Тон довольно агрессивный.