И снова взрывы подняли в воздух облака пыли, комьев земли и осколки камней; крики раненых и умирающих огласили пространство, смешиваясь со скрежетом металла механизмов, стремящихся закрыть собой своих хозяев. Всё это происходило совсем рядом с Вечно Голодными, но в отличие от других, их шагающая крепость не остановилась, и её духовное поле, пусть и померкшее от перенапряжения Сонма Душ, продолжало держать удары.
"Я мог быть на его месте", - пронеслась в голове паническая мысль, когда взгляд сам собой упал на разорванного тролля, руки которого до сих пор сжимали болтомёт, а механический волк скрёб землю передними лапами, не понимая того, что задняя половина тела превращена в месиво из обломков.
- А-а-а-а! - закричав во всё горло и стараясь заглушить липкий страх, холодными пальцами вцепившийся в душу и сердце, Заан зажал спусковой крючок болтомёта, направив его ствол в направлении крепости.
Щёлк-щёлк-щёлк-щёлк...
Лязг затвора успокаивал, вселял уверенность, дарил ощущение безопасности...
- Прекратить огонь, собачьи дети! - взревел сотник, заглушая своим голосом даже грохот взрывов вражеских снарядов. - Отставить растрату боезапаса!
Оклик подействовал и молодой тролль сумел хотя бы отчасти взять себя в руки. Волной накатил стыд за собственные страх и глупость, но стоило оглянуться по сторонам, как стало очевидно то, что не он один поддался панике, начав стрелять непонятно куда и неизвестно зачем. Это было слабым утешением, но в глубине души мелькнула искорка облегчения (ведь куда проще признавать свою слабость, если рядом находятся такие же как ты...).
Часть попавших под атаку черепах сумела скопить энергию и восстановить подвижность, вновь раскинув духовные поля над изрытой землёй. Однако же большинство шагающих крепостей, единожды остановившись, уже не смогли возобновить движение из-за повреждений Сонма Душ.
"Мерзкие твари! Да как они посмели лишить посмертия служителей Лоа из Машины!" - гнев затопил разум Заана, начисто вымывая остатки позорного страха.
Стальной медведь же, невзирая на душевные метания наездника, продолжал чеканить шаг, приближаясь к отвесному склону утёса, на котором и возвышалась крепость. Механизм выполнял свою работу с чёткостью тех самых часов, о которых вещал техножрец... погибший при падении части щитов.
Громыхнули залпы пушек шагающих крепостей, ударили в стены твердыни лучи энергии, выпускаемой скорпионами из их хвостовых излучателей, вспыхнули взрывы на каменной кладке, разбрызгивая в стороны осколки камня, металла и протуберанцы огня. Над башнями поднялись полупрозрачные головы змей, которых было ровно четыре, и лишь через десяток секунд до Вечно Голодного дошло, что это - лоа, являющийся гидрой...
"Мерзкое порождение эльфийской магии, возвысившееся благодаря вере еретиков-староверов!" - на один лишь миг встретившись взглядом с этим монстром, Заан ощутил тепло, которое заструилось по его правой ноге под доспехом, а на краю сознания услышал жалобный скулёж Рыка.
Где-то рядом с паническим криком кто-то упал с металлического скакуна, вереща о неминуемой смерти, но сотник быстро успокоил паникёра выстрелом из болтомёта. Очередной командный рявк окончательно подавил начавшиеся было беспорядки, заставляя крепче стискивать зубы и распалять в себе ярость на жалких тварей, прячущихся за толстыми стенами...
Под грохот выстрелов артиллерии последний уцелевший летательный аппарат, заложив крутой вираж, врезался в боковую башню, заставляя её расколоться и рухнуть куда-то назад, из-за чего исчезла одна из голов гидры. Яростный и вместе с тем ликующий вопль вырвался из глотки Заана, восхитившегося подобной самоотверженностью братьев по оружию. В эти мгновения он искренне пожелал героям, чтобы их амулеты уцелели, и души, после того как тела найдут, продолжили своё существование в механизмах войны (возможно, даже в скорпионах).
- Оружие к бою! - взревел сотник, не дав вволю насладиться частичной победой, достигнутой силами соратников.
Однако бросив взгляд вперёд, Заан Тег тут же отбросил всякие сторонние мысли: прямо из земли на пути армии служителей Лоа из Машины поднимались каменные великаны пяти-шести метров, образующиеся из булыжников и песка. Пока они ещё не успели полностью сформироваться, тролли зажали спусковые крючки болтомётов, разряжая в элементалей весь свой боезапас.
Каменные чудовища, получая урон от зачарованного оружия, один за другим оседали на землю, рассыпаясь на составляющие их тела материалы, но вместо уничтоженных духов приходили новые и новые, а запасные барабаны с болтами уже заканчивались...
- Ар-р-р! - забросив уже бесполезное оружие себе за спину, где оно повисло на ремне, Вечно Голодный схватился за рукоять топора, тут же ощутив, как будто поверх его рук, лихорадочно подрагивающих в преддверии первого боя, сжались руки друга и наставника, уже прошедшего множество схваток.
Добравшись до очередного каменного великана, железный медведь встал на задние лапы, передними конечностями нанося удар, оставивший на валунах, из которых состояло тело чудовища, несколько глубоких борозд от когтей. В тот же миг Заан, который сидел в седле, закреплённом почти у самой шеи механического зверя, наклонился вперёд, и пилотопор с гудением вгрызся в каменную плоть, разбрызгивая песок и мельчайшие осколки.
Очередной противник пал, рассыпавшись грудой мусора, а медведь уже дошёл до склона утёса, оказавшегося не таким уж и отвесным, да и совсем не гладким, как могло показаться изначально. Механический зверь начал взбираться вверх, вгрызаясь в земную твердь когтями, как и десятки... сотни его сородичей. На головы же нападающим продолжали сыпаться взрывные снаряды и стрелы... но молодой тролль на это только яростно завывал, размахивая своим топором.
Весёлый азарт будоражил кровь, ярость окончательно вытеснила страх, поддержка духа оружия и Рыка помогла не скатиться в безумство.
Заан сам не заметил, как перед ним оказалась стена крепости, а затем и окно-бойница, откуда высовывался какой-то староверец, вооружённый примитивным копьём. Схватив оружие врага за древко, он дёрнул его изо всех сил, и противник, не сумевший удержать равновесие, вывалился наружу, с пронзительным криком полетев куда-то вниз. Вечно Голодный лишь расхохотался от ощущения собственной силы и нелепости смерти глупого старовера.
Медведь был чересчур велик, чтобы протиснуться в бойницу, а стена крепости оказалась слишком крепкой, чтобы просто проломить её. Заану пришлось разрезать ремни, удерживавшие его в седле, а затем самому нырнуть в бойницу, оказываясь в полумраке помещения твердыни врага.