Когда встанешь на войну против врага твоего, начальники пусть бъявят народу: «Кто построил новый дом, но еще не освятил его, тот пусть возвращается домой, чтобы не пал он на поле битвы и чтобы другой не освятил его дом. Кто развел виноградник, но еще не вкушал от него, тот пусть возвращается домой, чтобы не погиб в сражении и чтобы другой не вошел в виноградник его. Кто обручился с невестою, но еще не спал с ней, тот пусть возвращается домой, чтобы не убили его на войне и чтобы другие не взяли жену его». И вот еще что надлежит объявить народу: «Кто боязлив и малодушен, тот пусть возвратится домой, чтобы не заразил робостью братьев своих».
20:5-8
Если возьмешь в плен врагов твоих, и заметишь среди пленных прекрасную женщину, и полюбишь ее, и захочешь жениться на ней, — отведи ее в дом свой, и пусть она в знак траура острижет голову и обрежет ногти, и скинет с себя пленническое платье, и в течение месяца живет в доме твоем, оплакивая отца и мать свою; только после этого ты вправе войти к ней и стать ее мужем, и взять ее в жену. Если же случится, — и она разонравится позже тебе, то отпусти ее, куда сама пожелает, но не продавай ее за серебро и не обращай в рабство, ибо усмирил ты ее.
21:10-14
Когда увидишь заблудшего вола брата твоего или заблудшую овцу его, не проходи мимо, но отведи их к брату твоему. Если же брат живет не близко, или ты вовсе его и не знаешь, — то прибери скотину в дом свой, и пусть она живет у тебя до тех пор, пока ее не доищется рат твои…
Когда увидишь осла, принадлежащего брату твоему, или вола его, споткнувшегося и упавшего на дороге, не проходи мимо, подними его… Если попадется тебе на дереве или на земле птичье гнездо с птенцами или яйцами, над которыми сидит птица, то не забирай птицу вместе с птенцами; птенцов возьми себе, а птицу отпусти, дабы продлились дни твои и было тебе хорошо. Когда будешь строить новый дом, то огради перилами кровлю твою, дабы никто не упал с кровли и и дабы не наводить кровь на дом свой… И не запрягай вместе вола и осла.
22:1-10
Не возвращай раба господину и не выдавай его ему, если раб перебежал к тебе от господина своего. Пусть он живет у тебя где ему вздумается: не притесняй его.
23:15
Когда войдешь в виноградники ближнего твоего, можешь есть ягоды вдоволь, но в сумку свою их не складывай. Когда придешь на жатву ближнего твоего, можешь рвать колосья руками, но серпа над ними не заноси.
23:24-25
Отцов нельзя наказывать за прегрешения детей, и детей нельзя наказывать смертью за прегрешения отцов: каждого можно наказывать смертью лишь за его собственное прегрешение. Не осуждай несправедливо пришельца, сироту и вдову, и не бери у вдовы одежды в залог. Помни, что сам был рабом в Египте, и Господь Бог твой вывел тебя оттуда… Когда закончишь жатву и забудешь сноп свой посреди поля, то не возвращайся за ним: пусть достанется он пришельцу, нищему, сироте и вдове… Стряхнув маслины с дерева, не пересматривай потом ветвей: пусть останется что-нибудь пришельцу, сироте и вдове. Не забывай, что сам был рабом на земле Египетской.
24:16-22
Слова заповеди моей, которую я произношу сегодня, не могут быть тебе недоступны. Они не на небесах,… и не за морями,… но в твоих устах и в сердце твоем.
Итак, сегодня я предложил тебе жизнь и смерть, добро и зло. Если будешь следовать словам Господа Бога твоего, которые я обратил к тебе сегодня, если будешь любить Господа Бога твоего, ходить по всем стезям его и исполнять предписания его и законы, то будешь жить и размножаться, и благословит тебя Господь Бог твой на той земле, куда ты идешь, и утвердишься ты на ней. Если же отвратишь сердце от слов моих и не будешь им следовать, если станешь блуждать и служить иным богам, то вот, предупреждаю тебя сегодня: погибнешь и сгинешь с лица земли, которою хочешь овладеть.
Я призываю сегодня в свидетели землю и небеса: я предложил тебе выбрать сегодня жизнь или смерть, благословение или проклятие. Избери же жизнь, дабы цвести тебе и потомству твоему; люби Господа Бога твоего, внимай Его голосу и стремись к Нему, ибо в этом и есть жизнь твоя и нескончаемость дней твоих. И пребывать тебе на земле, которую Господь Бог клятвенно обещал твоим отцам — Аврааму, Исааку и Яакову.
30:11-20
ДУХ ПРОРОКОВ
Дух противоречивости и критицизма, столь органически присущий еврейскому сознанию, проявил себя впервые именно в писаниях пророков, увековечивших гений Израиля и открывших собой общепризнанный список наиболее выдающихся представителей человеческого рода. Если бы еврейская традиция утверждала институт святых людей, то библейские пророки оказались бы первыми еврейскими святыми. Однако — и в этом проявялется одна из самых поразительных черт еврейского иконоборческого духа — ни один из библейских героев, в том числе сам Моисей, не оказался идолизирован; даже самые величественные персонажи Библии представлены в жизнеподобных красках, доступные критицизму и исполненные противоречий. Именно благодаря этой традиции, пророки с их утонченным абстрактным мышлением, с их идеализмом и возвышенным типом чувствования воспринимаются всегда как живые современники, которые помимо знания того или иного земного ремесла обладают даром провидения в той почти сверхъестественной мере, в какой само прошлое одушевлено в них.
Образ пророков символизирует одну из особенностей еврейского мышления: сгущение времени, снятие границ между прошлым, настоящим и будущим, слияние вереницы веков и мгновений в одно сплошное сейчас. Те нравственные и философские коллизии, над которыми страстно размышляли пророки, воспринимаются еврейским сознанием как сиюминутные проблемы; они злободневны в той самой степени, в какой сегодня евреи во дни Песах призваны праздновать исход из Египта вместе со всеми, кто уже отжил свой век или еще не родился, — бесконечный исход из бесконечно разнообразного «дома рабства» в одной сплошной колонне из живых, мертвых и неродившихся.
Другая исконная черта еврейского духа, предвосхищенная уже в писаниях пророков — чувственность интеллекта. В отличие от западной традиции, утвержденной греческими мыслителями, интеллектуальные прозрения пророков безыскусственно облекались в заразительно эмоциональную форму прямого собеседования страстного мудреца со своими соплеменниками. Неразделимость земной страсти и отвлеченной идеи в речах пророков отразили и одновременно предопредели особенности еврейского духа, проявившего себя как в характере самого народа в целом, так и в мировосприятии большинства его мудрецов вплоть до нынешнего дня.
Быть может, эта особенность пророков и позволяет объяснить следующее противоречие: воспринимая себя в роли неусыпных стражей отцовского мира с его бескомпромиссным единобожием, голосуя против любых нововведений, предлагаемых окружающей цивилизацией роскоши и моральных послаблений; иными словами, выступая в качестве убежденных консерваторов пророки, поверяющие, однако, абстрактные истины насущными страстями, выступали на деле в качестве истых революционеров, что, по существу, есть родимая черта еврейского духа.
ПРЕДСКАЗАНИЕ САМУИЛА
Один из ранних пророков Израиля, Самуил, веривший, подобно поорокам Илие и Элише, в необходимость подчинения любого государства долговечным идеалам религии, выступал против характерного для его времени (2-ой в. до н. э.) устремления евреев уподобиться иным народам, и, в частности, заменить верховенство судей властью царя — заменить силу нравственного требования и суда авторитетом отдельной личности. Вот в каких словах предупреждал он своих соплеменников о последствиях подражания духу остального мира: