— Андрей, готовь паспорт, — скомандовал шеф. — Штраф выписываем лично на тебя как на должностное лицо. Тысяч на десять. Это ведь гораздо лучше, чем пара миллионов на контору и опечатанные двери?
Андрей, всё ещё не веря в своё чудесное спасение, нервно и часто закивал.
Из офиса администрации мы направились в свой собственный. И обнаружили, что у дверей нас уже поджидает посетительница. Это была эффектная, нервно вышагивающая на высоких каблуках женщина лет тридцати, одетая в дорогой брендовый костюм. В руках она сжимала сумочку, а её глаза метали молнии. Едва завидев нас, она с ходу пошла в наступление.
— Вы! Это вы бессовестно разваливаете чужие семьи⁈ — звонко обвинила она нас на весь коридор.
Мы с шефом переглянулись, совершенно не понимая, в чём дело. В нашей практике хватало разгневанных оппонентов, но эта дама была нам абсолютно незнакома.
— Поясните, пожалуйста, — спокойно попросил я.
— Я жена Геннадия Митрохина! — с вызовом бросила она. — И мне сегодня прислали от вас официальное уведомление о начале бракоразводного процесса! Что вы себе позволяете⁈ Я пришла разобраться!
Маньков мгновенно сориентировался.
— Вы Алина Владимировна?
— Да! — гордо ответила женщина.
— В таком случае предлагаю пройти в кабинет, — шеф галантно открыл перед ней дверь. — Не стоит устраивать концерт в коридоре.
Как только мы зашли внутрь и дверь закрылась, Алина Владимировна снова завела шарманку про разрушение ячейки общества и нашу профессиональную бессовестность. Маньков уселся в своё кресло и довольно жёстко её осадил:
— Алина Владимировна, давайте сразу расставим точки над i. Мы не разваливаем вашу семью. Мы просто делаем свою работу — оказываем юридические услуги нашему клиенту. По вопросам крепости брака — это вам к семейному психологу, а не к нам. И если ваш муж втайне побежал делать анализ ДНК, то тут точно не юристы виноваты. И уж тем более не мы виноваты в том, что этот тест дал такой однозначный результат.
Жена Геннадия буквально задохнулась от ярости. Эти завуалированные обвинения вывели её из себя.
— Вы… вы что, обвиняете меня в измене мужу⁈
— Нет, — пожал плечами шеф. — Это он вас в ней обвиняет. Мы лишь помогаем ему грамотно оформить документы.
— Да все эти ваши тесты — сплошной обман и надувательство! — взорвалась женщина. — Их делают абсолютные шарлатаны!
— Почему шарлатаны? — искренне удивился Маньков.
— Потому что это обман! Берут заказы за бешеные деньги, а результаты тестов, наверное, банальным подбрасыванием монетки определяют! Лишь бы нервы людям мотать!
Маньков снисходительно вздохнул:
— Анализ ДНК на отцовство, Алина Владимировна, — это серьёзная наука. Генетика. Она в уголовном праве помогает стопроцентно преступников находить, штука надёжная и полезная. И обе лаборатории, куда обращался Геннадий, имеют лицензии, сертификаты и серьёзную репутацию.
Но женщина упорно стояла на своём.
— Там сидят шарлатаны! Или криворукие идиоты, которые перепутали пробирки! Родион — сын Гены! Я мужу никогда, слышите, никогда не изменяла!
Её истерика начала меня откровенно утомлять. Логика в её словах отсутствовала напрочь, но уверенность была железобетонной. И тогда я решил предложить ей нестандартный ход.
— Алина Владимировна, — сказал я. — Если вы так уверены в некомпетентности этих лабораторий, почему бы вам самой их не проверить?
— В смысле?
— Сходите туда и сдайте тест на материнство. Установите генетическое родство между вами и Родионом. Вы-то точно знаете, что вы его мать. Если эти, как вы выразились, криворукие шарлатаны выдадут вам результат в ноль процентов совпадения — вы получите на руки идеальное доказательство их некомпетентности. И докажете мужу свою правоту.
Идея была абсурдной по своей сути, но она сработала как идеальный логический капкан.
— И сдам! — яростно выкрикнула Алина. — Обязательно сдам! И выведу вас всех на чистую воду! И этих «генетиков», и вас в том числе!
— Замечательно, — произнёс Маньков, напоминая о сути нашего разговора. — Мы, повторюсь, всего лишь делаем свою работу. И пользуясь случаем, раз уж вы к нам заглянули лично…
Шеф достал из папки распечатанный экземпляр соглашения о неразглашении и выплате алиментов, которое Геннадий просил подписать и протянул ей.
Алина выхватила документ, даже не взглянув на текст, с яростью разорвала его пополам, потом ещё раз, и швырнула обрывки прямо на стол шефу.
— Я выведу вас всех на чистую воду! — ещё раз пообещала она, круто развернулась на каблуках и, с треском хлопнув дверью, покинула офис.