— Именно! — мгновенно перестроился Маньков. — Зачем вам самому по судам бегать и бумаги собирать? Мы вас разведём и с вашей супругой всё мирно и надёжно порешаем.
— Это правильно! Я видеть её не могу! — клиент сжал кулаки, на его скулах заходили желваки.
— Для этого, Геннадий, и существуют юристы, — Маньков широко улыбнулся. — Вы её больше не увидите. Обещаю!
Мы подписали с Геннадием официальный договор на оказание юридических услуг и, соблюдая укоренившуюся земную традицию, скрепили сделку крепким рукопожатием.
Едва за нашим тихим, раздавленным семейной драмой клиентом закрылась дверь, как в контору буквально влетел новый посетитель, чуть не сорвав эту самую дверь с петель. Это был Андрюша — бессменный администратор нашего бизнес-центра. Лицо его пошло красными пятнами, а грудь тяжело вздымалась.
— Привет, чему обязаны? — с деланным спокойствием поинтересовался Маньков.
— Сидите тут, да⁈ — с ходу пошёл в наступление Андрюша, брызжа слюной и гневно сверкая глазами. — И ручки потираете⁈ Ну ничего, это вам ещё выйдет боком!
Глава 2
— Андрей, ну к чему эти дешёвые угрозы? — Маньков мученически сморщился, будто у него внезапно заныл коренной зуб. — Ты же приличный человек… Ты ведь приличный⁈
Администратор бизнес-центра буквально задохнулся от возмущения.
— Вы… вы ещё и обзываетесь! — выкрикнул он.
— Андрей, я тебе как дипломированный юрист говорю: назвать человека приличным — это ни в коем разе не оскорбление, — назидательно произнёс шеф. — Это очень даже наоборот! Я тебе только что комплимент отвесил.
— Отвесил⁈ — Андрюша непонимающе захлопал глазами, окончательно сбитый с толку маньковской словесной эквилибристикой.
Поскольку Олег Борисович мог издеваться над беднягой хоть сутки напролёт, получая от этого процесса явное садистское удовольствие, я решил перехватить инициативу и вернуть разговор в конструктивное русло.
— У вас что-то случилось? — спросил я.
— У меня⁈ — Андрюша снова взвился, переводя на меня полный боли взгляд. — А вы, конечно, ничего не знаете, да⁈
— Не имеем ни малейшего понятия, — развёл руками Маньков, демонстрируя кристальную невинность.
— Вы же сами эту уборщицу на нас натравили! — в отчаянии выпалил администратор.
— В смысле «натравили»⁈ — Маньков мгновенно сбросил маску благодушия. — Ваша контора в грубейшей форме нарушала Трудовой кодекс, и мы ещё виноваты, по-твоему? Андрей, приди в себя! Это ты косячил как сумасшедший при оформлении людей на работу. Мы им просто указали законный путь, как можно отстоять свои права!
Вся агрессия разом покинула Андрюшу, словно из проколотого воздушного шарика выпустили воздух. Его плечи безвольно поникли, а на лице появилось выражение глубокой печали.
— Вы не им путь указали, — обречённо пробормотал он. — А прокуратуре. И Роструду!
— И что же делают эти уважаемые ведомства? — с лёгкой заинтересованностью уточнил Маньков.
— Что делают⁈ Да они нас просто на куски рвут! Явились с внеплановой проверкой, изъяли все компьютеры в отделе кадров, подняли зарплатные ведомости и договоры подряда за последние три года! Директор уже вторую пачку валидола доедает, а главбух вообще в истерике заперлась в туалете и грозится уволиться задним числом!
Я молча наблюдал за этой сценой. Законы кармы, подкреплённые статьями Кодекса об административных правонарушениях, работали в человеческом мире безотказно и сурово. Стоило лишь грамотно запустить правовой механизм, как последствия обрушивались на нарушителей со всей неумолимой тяжестью государственной машины.
— Какой кошмар, — притворно поцокал языком Олег Борисович. — А ведь надо было просто по-человечески выплатить женщине её законные компенсации. И не нарушать её права. Цена вопроса была — сущие копейки для масштабов вашего бизнес-центра.
— Да если бы мы только знали, что так всё выйдет! — взвыл администратор, хватаясь за голову. — Они же нам теперь штрафов на миллионы выпишут! И счета могут заблокировать!
— Нет, мы, конечно, можем за вас похлопотать, — Маньков мастерски воспользовался ситуацией.
— Похлопотать⁈ Как⁈
— Юридически. Ты что, до сих пор не веришь в юридическую магию? — заговорщицки понизив голос, спросил шеф.
— Да бросьте вы… — отмахнулся Андрюша, хотя в его глазах мелькнула робкая надежда.
— Вот тебе простой пример. Ты думаешь, что мы скоро съедем?
— Ну, вы, вообще-то, должны… Два месяца же по договору…
— Не два, Андрюша, а четыре.