Я на секунду замер, переваривая услышанное. Это был весомый аргумент в нашу пользу.
— Марина, — я посмотрел на неё с искренним уважением, — Это просто отличная новость! Ты молодец! Эта информация нам там очень пригодится, мы сможем грамотно парировать аргументы желающих переехать в новый дом.
Соседка просияла, явно польщённая моей оценкой. Я же, возвращаясь к тарелке с борщом, поймал себя на неожиданной мысли: а ведь эта неугомонная девушка действительно бывает невероятно полезной. За её гипертрофированной эмоциональностью скрывалась настоящая бульдожья хватка: если ей было что-то нужно, она могла пробиться через любую бюрократическую стену.
«Вот если бы она ещё суетилась хоть вполовину меньше, цены бы ей вообще не было», — мысленно отметил я, но вслух, разумеется, ничего из этого не произнёс.
Не обошлось без добавки, но, как бы ни был хорош Маринин борщ, от тарелки пришлось оторваться — время поджимало, нас ждали дела.
Собрание Юлиан решил провести прямо во дворе, на детской площадке. Выбор места был явно продиктован не заботой о гражданах, а инстинктом самосохранения: на открытом пространстве всегда есть пути к отступлению. Беги куда хочешь. А вот в закрытом помещении рассерженные жильцы могли и дверь заблокировать, потребовав ответов с пристрастием.
Никакого президиума или стола организаторы ставить не стали. Юлиан просто вышел к народу, сжимая в руках папку, и откашлялся, привлекая внимание гудящей толпы. Я же, надев тёмные очки, чтобы хоть как-то скрыть живописные последствия встречи с «посланниками застройщика», встал в сторонке у турников. Светиться мне совершенно не хотелось, моя цель была — наблюдать.
— Уважаемые соседи! — начал Юлиан, стараясь придать голосу максимум уверенности. — Я призываю всех не затягивать и как можно быстрее подписать договоры на новые квартиры! Поймите, чем быстрее мы это сделаем, тем скорее сможем создать ТСЖ на новом месте. А уже как законные собственники, единым фронтом, мы легко добьёмся от застройщика устранения всех тех незначительных недостатков, которые там есть!
Толпа, до этого просто недовольно гудевшая, взорвалась.
— Незначительных⁈ — взревел тучный мужчина из второго подъезда.
— Да ты сам-то там был, деятель⁈ — поддержал его женский голос.
— Это не дом, это тихий ужас! Картонная коробка! — завопила бабка, ещё недавно мечтавшая туда переехать.
— Новый дом — один сплошной недостаток! — поддержала её подруга. — Там стены пальцем проткнуть можно!
Юлиан попятился на полшага, выставив перед собой руки, словно пытаясь отгородиться от волны народного гнева:
— Спокойно, спокойно, граждане! Застройщик идёт на контакт! Мне лично обещали, что до нашего переезда абсолютно всё устранят! Всё будет по ГОСТам!
И тут в центр площадки вихрем вылетела Марина.
— А про воду он вам тоже обещали⁈ — звонко перебила она председателя, уперев руки в бока. — Я сегодня звонила в Горводоканал! Так вот, там сказали: горячая вода к новому дому будет подведена не раньше, чем до конца года! А то и позже! Там труб ещё даже в проекте нет!
Над площадкой повисла секундная тишина, после которой грянул настоящий шторм. Соседи были в бешенстве.
— Вы нас в пещеры переселить хотите⁈
— Зимой без воды⁈ Совсем ополоумели!
Юлиан, побледнев и постарался успокоить толпу:
— Я в курсе этой ситуации! Но застройщик понимает проблему! Они обещают всем бесплатно выдать бойлеры! И даже пробить скидку на электричество на этот период!
— Да на кой мне сдался ваш бойлер⁈ — закричала пожилая женщина. — Куда я его повешу? В санузел? Там и так развернуться негде⁈
К возмущению присоединился Семёнович. Он не кричал, но его густой, ровный бас заставил многих притихнуть.
— Юлиан, ты вообще физику в школе учил? — мрачно спросил он. — В этом вашем новом «элитном» курятнике проводка из фольги. Если все квартиры вечером одновременно включат эти ваши бойлеры, электросеть просто не выдержит. И мы останемся не только без горячей воды, но и без света.
Это был контрольный выстрел. Толпа взревела с новой силой. Крики и споры начали переходить опасную черту.
— Да сколько можно нам лапшу на уши вешать⁈
— Гнать его в шею!
— А может, мы тебе сейчас морду набьём, чтобы думал, чьи интересы защищать⁈ — рявкнул кто-то из толпы, и несколько мужиков угрожающе шагнули вперёд.
Юлиан в панике прижал папку к груди.
— Вы что⁈ Бить морду — это варварство! — взвизгнул он. — Это дело подсудное! Я полицию вызову!