— Нет, — ответил я. — Просто соседка.
— Как-то странно она себя ведёт для просто соседки.
— Подруга детства. Выросли вместе, вот и переходит немного границы личного пространства.
— Ясно, — сказала Кира, выруливая с бездорожья на бетонку. — Красивая девушка. Но нервная.
— У нас сейчас весь дом на нервах, видела же, куда нас переселить хотят.
— Не переживай, не переселят. Я такую экспертизу составлю, что этот дом сносить придётся.
Кира рассмеялась, а я был вынужден заметить:
— Если бы всё решалось экспертизой.
До торгово-развлекательного комплекса Кира довезла меня за пятнадцать минут. По дороге она дважды перестроилась так лихо, что меня вжало в дверцу, на жёлтый не тормозила, на знаки ограничения скорости смотрела с философским безразличием. В общем, вела машину, как всегда — уверенно и агрессивно. Я, смирившись с неизбежным, решил не комментировать её манеру вождения. Во-первых, я спешил, а во-вторых, что толку, если она всё равно не изменится?
— Спасибо, — сказал я, отстёгивая ремень на парковке ТРК.
— Не за что! — ответила Кира. — Заключение будет готово завтра к обеду. Приятно тебе поразвлечься и поторговать!
Она улыбнулась и уехала, а я достал телефон и набрал Манькова. Шеф ответил с первого гудка и с ходу «наехал»:
— Ты где, Таранов?
— У главного входа, на парковке, — ответил я.
— Иди ко мне, я в кармане справа от шлагбаума.
Карман я нашёл сразу. Чёрная «Чайка» Олега Борисовича блестела в тени бетонного козырька, отполированная до такого состояния, что в капоте можно было разглядеть собственные поры. Маньков обожал эту машину. Холил, лелеял, возил на мойку через день и ставил исключительно так, чтобы ни одна чужая дверца не могла дотянуться до его лакокрасочного покрытия. Я обогнул капот и потянул на себя тяжёлую пассажирскую дверь.
В салоне было прохладно, пахло ванильным ароматизатором. На широкой приборной панели, куда «Кулибин» встроил современный монитор, крутился музыкальный клип. Какая-то молодая певица с ярко-розовыми волосами энергично двигалась на фоне пальм, неоновых огней и кабриолета. Звук был выведен на всю акустику, бас лупил так, что дребезжала пепельница.
Маньков сидел за рулём, откинувшись на подголовник, и, судя по расслабленной позе, получал от зрелища искреннее удовольствие.
— У вас тут целый кинозал, Олег Борисович, — заметил я, устраиваясь поудобнее.
Маньков торопливо ткнул пальцем в экран, но не попал в нужную иконку. Клип продолжал играть. Розововолосая певица как раз перешла к особенно энергичному припеву. Маньков ткнул ещё раз, попал, экран погас, и наступила тишина.
— Ты что-то долго ехал, Таранов, — сказал шеф недовольным голосом и поправил пиджак, возвращая себе начальственный вид.
Я посмотрел на электронные часы на панели и заметил:
— Сейчас восемнадцать десять.
— А я здесь с шестнадцати ноль-ноль!
— Вы могли и в пятнадцать приехать, но договаривались мы на половину седьмого. Так что я за двадцать минут приехал.
Маньков поморщился, но с фактами поспоришь.
— Ладно, не душни, — отмахнулся он. — Я просто на всякий случай решил приехать раньше, мало ли что. Расскажи лучше, что у тебя с домом? Решил проблему?
— Это не дом, а откровенно недоделанный объект, — ответил я. — Коробка из бетона и соплей. Кира прямо сейчас делает заключение, что там жить нельзя. У нас будут железные аргументы для суда.
— Кира, Кира, — повторил Маньков, лицо у него сделалось озабоченным, и он забарабанил пальцами по рулю. — Слушай, ты так подведёшь девчонку под монастырь. Эти застройщики — ребята серьёзные, могут и её прессануть. По-хорошему надо бы ей охрану нанять.
Логика в словах шефа была. Я тут же достал смартфон и набрал Киру.
— Привет! — сказал я, когда она приняла звонок.
— Ну, здравствуй ещё раз, — в её голосе прозвучали откровенно игривые нотки. — Ты так быстро по мне соскучился?
Краем глаза я засёк движение. Маньков, который секунду назад сидел в своём кресле с лицом серьёзного руководителя юридической фирмы, вдруг подался в мою сторону и бесцеремонно прислушивался к разговору. Я отвернулся от него и обратился к Кире, оставаясь в рамках сугубо делового диалога:
— Кира, я тут подумал… Тебе нужна охрана.
В ответ она рассмеялась и сказала:
— Ооо! Это очень неожиданное предложение.
— Я серьёзно. Люди, с которыми мы связались, не шутят. Давай мы наймём тебе профессионального охранника…
— Наймём? А я думала, ты себя хочешь предложить на эту роль.
После этих слов Маньков, оказавшийся обладателем очень тонкого слуха, пришёл в состояние крайнего возбуждения. Он замахал руками, затряс кулаками в воздухе и принялся беззвучно, одними губами, артикулировать: «Со-гла-шай-ся!» При этом он так энергично жестикулировал, что чуть не выбил стекло.