— А ну-ка, замолчите все! — рявкнул Семёнович так, что шум толпы мгновенно стих. — Дайте парню слово сказать. Илья, давай полный расклад. Что нам теперь делать?
Я вышел в центр круга. На меня смотрели десятки полных надежды человеческих глаз.
— Расклад жёсткий, — начал я, не собираясь никого успокаивать ложными иллюзиями. — Откатить ситуацию назад и просто отменить снос мы не можем. По закону всё чисто: две трети собственников подписали согласие. Оставшееся меньшинство обязано подчиниться решению большинства.
— Да никуда мы не поедем! Пусть силой вытаскивают! — тут же крикнул кто-то из тех, кто ничего не подписывал.
— Силой вытаскивать не будут. Будут выселять по суду, — хладнокровно прервал я этот всплеск бунтарства. — Рано или поздно приставы спилят вам двери. А самое худшее: тем, кто упрётся, по суду могут назначить не новую квартиру, а денежную компенсацию по кадастровой стоимости нашей развалюхи. На эти копейки вы даже комнату в коммуналке не купите. Так что упираться не вариант.
По толпе прокатился испуганный шёпот.
— Единственный наш рабочий путь, — продолжил я, повысив голос, — это признавать новый дом, в который нас переселяют, непригодным для жизни и сданным с грубыми нарушениями строительных норм. Заставить их переделывать всё до нормативного состояния. Но проблема в том, что времени у нас в обрез. Всего тридцать дней.
— Почему так мало-то⁈ — ахнул кто-то в толпе.
— Потому что процедура передачи прав собственности уже запущена, — ответил я. — Кое-кто из нашего дома не просто дал согласие, а уже успел подписать финальные документы на владение новыми квартирами. С этого момента пошёл отсчёт. Это Юлиан…
— И наш уважаемый сосед, дядя Петя! — добавила Марина, которая как-то успела узнать, что отличился не только Юлиан.
Я перевёл взгляд на дядю Петю. Как по команде, десятки голов повернулись в ту же сторону. Повисла зловещая тишина, которая через секунду взорвалась звериным рёвом преданной толпы.
— Ах ты гнида! — заорал кто-то из мужиков.
— Да набейте ему морду! — подключилась какая-то соседка.
Толпа рванула к дяде Пете. Тот побледнел и прижался к дереву. И я понял, что сейчас прольётся первая кровь в этой войне.
Действовать пришлось быстро. Я вклинился между разъярёнными соседями и съёжившимся предателем, широко расставив руки.
— Назад! А ну, стоять! — рявкнул я, вкладывая в голос максимум командных интонаций. — Отойдите от него!
— Илья, уйди! Мы сейчас этому иуде башку отвернём! — наседал багровый от ярости сосед со второго этажа.
— Отвернёшь башку — сядешь по сто одиннадцатой статье за тяжкие телесные, а то и по сто пятой! — отрезал я, отталкивая его. — И твоя семья поедет в новую квартиру, а ты — в тюрьму! Самосудом вы дом не спасёте!
Воспользовавшись заминкой, дядя Петя вырвался из кольца и, сыпля невнятными проклятиями, рванул в сторону соседнего двора.
— Я тебе ноги всё равно переломаю, сучёныш! — крикнул ему вслед кто-то из мужиков.
— Ещё раз напоминаю: мы действуем строго в рамках закона, — произнёс я, когда все немного выдохнули. — Иначе я умываю руки.
— Илья, а что мы нашим крысам в рамках закона за такую подляну предъявить можем? — спросил Семёнович.
— За то, что они подписали документы — ничего, — честно ответил я. — Это их законное право, как собственников.
— Зато мы можем отдать Юлиана под суд за его старые махинации с нашим ремонтом! — громко выкрикнула Марина, глаза которой горели жаждой справедливости. — Он же деньги спёр!
— Тут я не спорю, — согласился я. — Состав преступления по мошенничеству там был налицо.
— Посадить гада! Пусть посидит, подумает! — радостно подхватила толпа, получив легальную мишень для ненависти.
— Обязательно посадим. Я лично этим займусь, — пообещал я. — Но после того, как мы решим вопрос с переселением. Приоритеты не путайте. А сейчас слушайте внимательно, что нужно делать. Мне от вас нужна коллективная доверенность.
Я оглядел притихших жильцов.
— Если каждый из вас пойдёт к нотариусу выписывать доверенность на представление интересов, мы потеряем неделю. А то и больше. Поэтому мы скидываемся, оплачиваем выезд нотариуса прямо сюда, во двор. Каждый при нём поставит подпись в едином реестре. Это стоит денег, но это самый быстрый путь.
— Скинемся! Без вопросов! На хорошее дело не жалко! — зашумели соседи.
— Сразу после оформления бумаг я поеду в эту строительную компанию, — подытожил я. — Буду пытаться решить вопрос в досудебном порядке. Дом, в который они пытаются нас запихнуть, для жизни непригоден, и у нас есть все шансы заставить их это признать. А теперь организуйтесь, собирайте деньги и ждите нотариуса.