И вот что было делать с этим? Сидеть, пить вино и делать вид, что всё нормально?
— Илья, — сказала Маша уже с некоторым раздражением. — Ты вообще меня слышишь?
Я посмотрел на неё. Она сидела с бокалом, расслабленная, красивая, в мягком свете кухонного светильника. Она накрыла стол. Ждала меня. А я сидел и думал о другой женщине. Да, формально не в романтическом контексте. Но какая разница? Результат тот же: я был не здесь.
— Маша, — сказал я. — Мне надо уехать.
Она не сразу ответила. Поставила бокал, посмотрела на меня. Не обиженно, скорее с вопросом. И спросила:
— Что случилось?
— У меня… — я замялся, подбирая слова. — У меня коллега не выходит на связь. Уже несколько часов. Телефон выключен. Это может быть проблемой. Серьёзной проблемой. Мне надо поехать и разобраться, что же с ней случилось.
— С ней? — переспросила Маша.
— Да. Это девушка, строительный эксперт, она работает по моему делу. Я втянул её в историю с застройщиком, а там серьёзные люди. И ей может грозить опасность.
Маша помолчала, а потом произнесла:
— Ты весь вечер звонил девушке?
— Пару раз, — ответил я. — И я звонил ей не как девушке, а как коллеге.
— Я видела. Ты из ванной вышел с телефоном у уха. И потом, когда я за десерт доставала, и когда в ванную выходила. Три раза, если я правильно считала.
Я не стал спорить. Она правильно считала.
— Извини, — сказал я. — Я не хотел портить тебе вечер. Я честно пытался отключиться. Не получилось. Я не могу отдыхать, когда из-за меня, возможно, прямо сейчас у человека неприятности.
— Я всё понимаю, — холодно сказала Маша.
— Я тебе позвоню, — пообещал я, вставая из-за стола и проходя в прихожую. — Мы всё наверстаем. Я серьёзно. Просто сейчас мне надо убедиться, что она… что с ней всё нормально.
Маша посмотрела на меня, усмехнулась и сказала:
— Не надо ничего обещать. И оправдываться не надо.
— Я не оправдываюсь, я…
— И звонить мне больше тоже не надо. Мы с тобой взрослые люди. Мы ничего друг другу не обещали. Никто никому ничего не должен. Я всё понимаю.
— Ты не понимаешь, — сказал я.
— Я всё прекрасно понимаю, — повторила Маша. — Ты приехал ко мне и весь вечер звонил другой женщине. Я не слепая, и мне не пятнадцать лет. Всё нормально. Просто не надо было приезжать.
— Это не то, что ты думаешь! — сказал я.
Маша засмеялась. Коротко, невесело, но засмеялась.
— Боже, — сказала она. — Это реально прозвучало. Ты реально это сказал. «Это не то, что ты думаешь». Классика!
Я стоял в её прихожей, одна нога в ботинке, вторая в носке, и чувствовал себя персонажем плохого сериала. Вся эта сцена, все эти слова, вся эта ситуация выглядела ровно так, как выглядит в каждом втором фильме, где мужик попался. Только я не попадался. У меня не было романа с Кирой. Я за неё боялся. Но попробуй объясни это Маше.
— Прости, — сказал я. — Я не хотел портить тебе вечер.
— Всё нормально, — ответила Маша. — Не надо извиняться. Ты ни в чём не виноват. Это просто коллега, это не то, что я думаю. Я всё это слышала. Иди, спасай её, я правда не обижаюсь. Просто не звони мне больше. Никогда.
Она говорила это спокойно, без истерики, и от этого было ещё паршивее. Была бы скандалистка, было бы проще. А здесь стояла умная, красивая женщина, которая пришла к логичному, единственно возможному выводу. Неправильному, но логичному. И ничего, абсолютно ничего я не мог сделать, чтобы её переубедить. Потому что со стороны всё выглядело ровно так, как она думала. А может, и не только со стороны.
Я обул второй ботинок, накинул пиджак, вышел на лестничную площадку и повернулся к Маше. Очень хотелось хоть что-то ей сказать, но она покачала головой.
— Давай без финальных речей, — попросила она. — Просто иди.
И сразу же дверь закрылась — тихо, без хлопка. Щёлкнул замок.
Я стоял на площадке и смотрел на закрытую дверь. И тут мой перегретый от стресса аналитический аппарат выдал результат, которого я не ждал. Он сложил факты. Спокойно, последовательно, без эмоций.
Факт первый: Кира пропала с радаров. Телефон выключен, на связь не выходит уже несколько часов. Она исчезла. Буквально. Я не могу до неё добраться.
Факт второй: вечер с Машей, который начинался отлично и должен был закончиться ещё лучше, рассыпался. Неважно, по какой причине, важен сам факт. Маша попросила меня больше ей не звонить. Выставила за дверь.