Она закрыла глаза рукой, пытаясь унять волнение.
Сколько же горестей и испытаний выпало на долю этой маленькой доброй девушки? Во всем окружающем мире она осталась одна. Точнее, так она себя чувствовала, потеряв родителей. В итоге девочка просто не захотела жить?
Конечно, нас нельзя сравнивать. Я очень хотела жить! Со своей семьей, сыном. Хотела еще детей. А она?
У нее просто ничего не было… было, но была только семья: мать и отец. А потом ничего не осталось.
Жестоко.
Почему Бог над нами так пошутил? Ей не дал даже шанса, а у меня отнял все.
Я осталась одна? Также, как и Ю На? – она не заметила, как слезы полились из глаз.
Мистер Ким испугался и заметался в поисках чего-то.
- А вот они где! Бумажные салфетки. Прошу! – он протянул их ей. – Я прошу прощения – разбередил старую рану! Вы только оправились от этого.
Оправилась? – скорее, Ю На просто не показывала, как страдает, держала все в себе.
- У вас еще осталась тётя, по отцовской линии…, - снова покашляв и поправив очки, напомнил Кан Мин.
- О. Тётя А Ра? – вдруг вспомнила она из воспоминаний, оставшихся от погибшей. – Та, что звонит только, когда ей нужны деньги?
- …
Ким Кан Мин очень красочно пытался выстроить оправдательный приговор для двоюродной тёти Ю Ны. Но его красноречивое молчание говорило ей о многом.
- Не стоит, мистер Ким, искать вежливые слова и оправдывать поступки моей, так называемой, тёти! – она высморкалась, вытерла остатки слез и поглядела на свое отражение в зеркале. Поймала взгляд Кан Мина. – До всего произошедшего… удара головой. Я действительно была настоящей бесхребетной рыбиной?
- Вы всегда были очень добры ко всем…, - начал издалека менеджер.
- Как же! – прервала она его. – Не надо утаивать правду! Пусть она будет горькой, как смерть моих родителей, главное, будет. Меня доили словно козу?
- Ну, это было очень похоже, - вздохнул он, соглашаясь.
- И вам ни разу не приходила мысль оговорить меня или дать совет?
- Я пытался. И не один раз. Но вы очень упрямы, хоть с виду мягкосердечны.
- О. Ну, теперь я поумнела и буду прислушиваться к вашим советам, мистер Ким! – грустно улыбнулась она ему в зеркале. Мужчина округлил глаза. – Не стесняйтесь, и высказывайте иногда то, о чем думаете!? Теперь я просто хочу быть счастливой…
- …, - его лицо стало печальным. Теперь Кристина была уверена, что этот мужчина опекал Ю Ну и пытался ей всячески помочь без меркантильных, эгоистичных целей. Такие люди – редкое сокровище. – Я понял.
- Как замечательно, что макияж не смазался! – воскликнула она и улыбнулась. Надо срочно сменить тему и сконцентрироваться на сценарии. – Мистер Ким, прошу прощения за очередную просьбу, заранее! Не могли бы вы принести мне кофе капучино? Очень нуждаюсь в тонусе. И булочку сладкую, мой желудок, наконец, дал о себе знать. С утра не успела нормально поесть.
Точнее, не могла – было очень худо. Но теперь мой организм готов к бою. Сейчас я готова сыграть даже злодейского персонажа.
***
Так она думала, пока мистер Ким не открыл дверь. Кристина встретилась взглядом с потрясающим обладателем темных карих глаз. У своей двери стоял Ли Сын Бин.
Злодейский герой в ней тут же приказал долго жить и запрятался в самые дальние уголки души.
- Ммм, - она не знала, что сказать. Давно себя так не чувствовала. Такое с ней происходило только лет в восемнадцать, когда, впервые, начала встречаться с мальчиком. – С…со мной все хорошо! Вот, захотела есть. Попросила менеджера принести мне кофе и булку…
- Оу…, - заулыбался мужчина.
Зачем я ему все это рассказываю? Совсем ненормальная? Какой конфуз.
Она выдохнула.
- Я прошу прощения за вчерашний вечер. И спасибо, что помог добраться до дома. И за бутылку от этого…, - девушка не могла посмотреть ему в глаза. Было очень стыдно и неловко. – Это все!
Кристина резко захлопнула дверь, почувствовав, как щеки и уши горят от смущения.
Сын Бин еще какое-то время постоял у своей двери, улыбаясь. Он не мог выкинуть из головы алые, как маки, щеки, уши и даже шею девушки, которая теперь занимала все его мысли.