«Андрес выделяется своим интеллектом и мастерством; он лидер команды, ее хребет. Он контролирует ритм игры и обладает великолепной техникой», – говорил Педраса газете El Mundo Depotivo. Андресу тогда еще даже не исполнилось 16 лет.
Вместе Жорди Месальес и Андрес выиграли Nike Cup на «Камп Ноу» в год столетия «Барселоны». Но люди начали говорить об Андресе еще до этого успеха. Карлос Мартинес, который потом станет одним из лучших друзей Иньесты, уже тогда его знал. Он тоже был в молодежной академии «Барселоны» и был наслышан о маленьком волшебнике. «Андрес был старше меня на два года. Все вокруг только и говорили о нем и Тройтейро, но лично я с ним знаком не был, – говорит нападающий родом из Матаро, родного города Анны, супруги Андреса. – Я познакомился с ним почти десять лет спустя, и футбол тут был совсем ни при чем. Я изучал юриспруденцию в университете Барселоны вместе с Анной, и как-то раз он пришел повидать ее.
Он сказал: «Привет, я Андрес».
«Да, да, кажется, я тебя узнаю».
Карлос не знал тогда, что это знакомство станет началом крепкой дружбы. Но не просто дружбы, а дружеского соперничества, о чем может свидетельствовать любой, кто видел, как они сражаются друг с другом в настольные игры. «Мы словно дети в телах взрослых мужчин, – говорит Карлос. – И мы полностью друг другу доверяем: все друг другу рассказываем, доверяем свои секреты».
Пеп Аломар был тренером Кадет А «Барселоны», он унаследовал от Педрасы команду, которая была построена по принципам, заложенным Йоханом Кройффом и Ориолем Тортом. «Педраса проделал великолепную работу с этими мальчишками, – говорит Аломар. – Команда у него была невероятная, полная талантливых игроков, но тот период был непростым для них: наступала пора физических и эмоциональных перемен, их тела начали видоизменяться и оформляться, заиграли гормоны. Работа по их формированию как игроков, которую необходимо делать в 15-летнем возрасте, оказывает огромное влияние на развитие футболиста, и Педраса с блеском справился с этой задачей».
Аломар тесно сотрудничал с Лоренсо Серра Феррером, тренером, ответственным за создание молодежной структуры клуба. Он продолжает: «В то время «Барселона» следовала за идеалом, который описали Ринус Михелс и Штефан Ковач и который воплощал в жизнь Кройфф, но также она перенимала некоторые идеи и методы самых передовых европейских центров футбольного развития, от «Аякса» до Клерфонтена и Коверчано.
Помню, что Андрес почти каждый день приходил в офис, который у нас был на стадионе, и спрашивал, не разрешу ли я ему воспользоваться телефоном, чтобы он мог позвонить родителям в Альбасете. Тогда мобильных телефонов не было. Он был тихим мальчиком, очень вежливым и никогда не прогуливал школу. Каждый год мы проводили голосование среди игроков, чтобы узнать, кто из нас лучший напарник. Андрес, конечно же, всякий раз побеждал».
В конце того сезона Аломар покинул Кадет А, чтобы стать ассистентом Серра Феррера в первой команде. Андрес был на радаре у обоих.
«Он обладал самым выдающимся талантом, какой я только видел в игроках, – говорит Аломар. – Уже на уровне Кадет он играл с тем же тактическим чутьем и интеллектом, какие отличают его игру сейчас. Это внутреннее: он читает игру лучше, чем кто-либо, быстро исполняет каждый маневр и не совершает ошибок. Он играл «четвертый» номер, но мог сыграть и на любой другой позиции. Видеть его игру в схеме 3–4—3 было огромным удовольствием, особенно наблюдать за тем, как он входит в штрафную, чтобы забить. Я спрашивал у него: «Где ты хочешь играть, Андрес?» А он отвечал: «Где угодно, куда поставите, мистер». Он хорошо играл обеими ногами, очень быстро разворачивался и все проделывал с максимальной быстротой, всегда выбирая правильный вариант. Можно ли тренировать такого игрока? Да… и нет. Если у вас такой же мощный «процессор», как в голове у Андреса, тогда вы тоже сможете так же быстро находить лучшие варианты».
Серра Феррер отправлялся к полю номер три так часто, как только мог, чтобы понаблюдать за игрой мальчишек. Он не нуждался в рассказах или отчетах об Андресе: он сам все видел. А вокруг все то и дело говорили об этом парнишке, которого Жауме Оливе называл «El sabio» – мудрец.
«Когда Лоренсо возглавил первую команду, он сразу четко обозначил свое желание: он хотел, чтобы Андрес тренировался с лучшими, чтобы учился у учителей, которые в то время выступали за первую команду: у Гвардиолы и Хави. Для развития Андреса это было наилучшим решением, так что он пригласил его в команду», – говорит Аломар.