Машку в шкафчик
Аня
Первый урок начался, как обычно. Я написала в тетради «6 сентября Классная работа». Вдруг – стук в дверь. Все повернулись на звук. Вошла директриса и привела за руку очень худенькую девочку. Слишком тоненькая, видимо болезненная, взгляд робкий, затравленный, руки заметно дрожат.
- Это Мария Букина, - представила Ольга Анатольевна, и очень медленно, расставляя акценты на самых важных словах, произнесла, - Маша перевелась в нашу школу, потому что в прошлой ее обижали одноклассники. Надеюсь, друзья мои, вы, не опозорите честь нашего учебного заведения. Настоятельно прошу отнестись к новенькой с уважением! Она много натерпелась.
Мне стало искренне жаль школьницу. Я огляделась вокруг. Парни разглядывали без особого интереса, а вот девчонки уже злорадно перешептывались, и меня испугал их блеск в глазах. Ну уж нет! Я ее хоть и не знаю, но в обиду не дам! Решительно подняла руку.
- Миронова? – Ирина Николаевна удивилась.
- Можно, Маша сядет со мной? – я вложила все своё обаяние в улыбку. Учителя мне доверяли, поэтому с легкостью согласились.
На уроке не общались, но я написала на листочке: «Меня зовут Аня, буду защищать тебя, ничего не бойся». Маша быстро чиркнула в ответ: «Спасибо». И мы улыбнулась друг другу.
Все началось на перемене. Алла Нестерова, наша заводила, и ее две подружки Рита и Ирина подошли к новенькой. Они были самые популярные в школе, выглядели эффектно, имели успех у парней. Отсюда и ощущение вседозволенности, наверное.
- Ты откуда, чудо? – в голосе Аллочки насмешка. Красивые губки в ухмылке. – А скелетина какая! Тебя поэтому из школы выперли? Побоялись, что сдохнешь на уроке, а им за тебя отвечать?!
Две брюнетки по обе стороны от своей предводительницы хмыкнули. И тут я впервые услышала Машин голос – тонкий, как у ребёнка. Она просила дать ей спокойно доучиться, но никто не слушал – весь класс хохотал. Я взяла ее за руку. Ладонь ледяная.
- Ууууухххх, насмешила, писклявая, - Алла вытерла слезу, ее очень забавляла ситуация. – Не трогать, говоришь? Ну-ну. Ребят, как думаете, Машка в шкафчик у стены поместится?
- Как влитая войдёт, - поддержал Костя, он бегал за Аллой с пятого класса, во всем старался поддакивать.
Нестерова осмелела ещё больше:
- Тогда.. та-дааам, Машку в шкафчик!
Иринка с Риткой тут же заскандировлали:
- Ма-шку в шка-фчик! Ма-шку в шка-фчик!
Костик присоединился к хору, за ним - его «прихвостни». Полкласса двинулись в нашу сторону. Но я надеялась на парней, всё-таки они меня уважают, мы всегда хорошо общались. Резко встала перед Марией, закрыв ее собой. На всякий случай широко расставила руки, чтобы никто сбоку не кинулся на малышку.
- Перестаньте! – мой голос звучал твёрдо, несколько человек замолчали. – Ладно, эти куклы глупые, но вы-то, парни?! Не стыдно? На маленькую девочку всей толпой накинулись. Вы же мужчины, вы защищать должны нас, слабых и беззащитных девушек! Эх, вы…
Мальчишки перестали улыбаться. Они часто ко мне прислушивались. Вот и сейчас, молча потоптались на месте и стали расходиться. Кто-то поспешил покинуть класс, некоторые стали копаться в телефонах со скучающим видом, как будто ничего только что и не было.
Аллочку это взбесило!
- Миронова, ты куда лезешь? Проблем захотелось? – процедила сквозь зубы. – Конец вам обеим...
Она не договорила – вошла учительница. Вскоре начался урок. Маша немного успокоилась, с благодарностью сжала мою руку и доверчиво заглянула в глаза. Я поняла в этот момент – подружимся! Возможно, на всю жизнь.
Весь день перемены были на грани катастрофы. Алла с помощницами то задевали нас плечами, то пытались ставить подножки, говорили всякие гадости. Напряжение нарастало. Стало ясно - будет драка. Точнее - «избиение младенцев». Маша оказалась больна дистрофией, а меня родители не учили драться. Вообще. Мы пацифисты и волонтеры.
- Маш, позвони маме, пусть заберут тебя после уроков прямо из класса, - посоветовала я на четвёртом уроке, шепча вполголоса.
- Я брата попрошу, он в той школе остался учиться. Сегодня говорил, что раньше освободится.
- Хорошо. Предупредим директора и вахтёра, чтоб его пустили.
Так и сделали. В конце шестого урока пришёл Саша, он на год старше сестры. Оглядел всех с мрачным лицом, но не воинственным, видимо, семья Букиных тоже за мир без насилия. Через окно я видела, как брат за руку вёл мою новую подругу к остановке.