Они уехали в ноябре и провели три недели на Гавайях, потому что Майклу давно хотелось там побывать. По случайному совпадению впоследствии он обрел на Гавайях свой приют, основав первый на Западе ашрам Бабаджи. Затем они полетели в Дели, Майкл был слишком возбужден, чтобы лечь спать, поэтому из гостиницы он отправился побродить по улицам Дели. У него возникло ощущение, что он вернулся домой.
Днем Майкл узнал, что кумбха мела проводится в Аллахабаде. Он узнал также, что они не могут ехать прямо из Дели в Аллахабад, так как поезда переполнены. (По подсчетам журналистов в эти три недели кумбха мела посетило тринадцать или четырнадцать миллионов людей). Они поехали на поезде в Лакхнау, затем пересели на поезд в Бенарес, а затем на автобус из Бенареса в Аллахабад. В Бенаресе они оставили свои вещи, взяв только деньги и спальные мешки, и отправились в паломничество на кумбха Села. Майкл слышал о тапасе, поэтому в Бенаресе дал обет, что не будет есть и пить до встречи с гуру.
В Аллахабаде они прошли по палаточному городку, который быстро разрастается во время кумбха мела на берегу Гаити, но не нашли Гуру Майкла. Ночь они провели в палатке вместе с европейцами и их гуру, но это был не гуру Майкла.
На следующий день Майкл переходил от одной палатки к другой, ища своего гуру среди тысячи святых и жрецов, сотен и тысяч посетителей. Он видел много прекрасных людей, но ни к кому из них Майкл не почувствовал ученического почтения. Был очень жаркий день, и его мучила жажда, но он был тверд в своем решении сдержать свой обет.
Второй день был повторением первого, с той лишь разницей, что Майкл нашел старого святого индуса, которому он совершил свой первый пранам в знак уважения. Святой благословил Майкла и уверил его в том, что нужно быть терпеливым в своих поисках. Майкл ушел от него приободренным.
В этот вечер Майкл нашел свою девушку в палатке кришнаитов, где она разговаривала с американцем, который только что беседовал с Бабаджи из «Автобиографии йога» Йогананды. Майкл отказался этому верить, нагрубил, и американец ушел. Майкл не почувствовал никакой связи между гуру из своих видений и Бабаджи из книги Йогананды.
На третий день, все еще соблюдая пост, Майкл бродил по лагерю, занимаясь поисками гуру с большим усердием, чем прежде. Его подруга настаивала на том, чтобы они отправились в Непал, поэтому в час дня Майкл зашел за ней в палатку кришнаитов. Он был расстроен и чувствовал себя абсолютно опустошенным.
Они направились на станцию, но подойдя к тропинке, которая вела к центру кумбха мела, Майкл почувствовал, что должен попытаться найти гуру еще раз, и его подруга уступила его желанию. Они прошли через толпу, заглядывая снова в те места, где Майкл уже был. Вдруг люди расступились, и в пятнадцати футах они заметили человека, который им рассказывал о своей встрече с Бабаджи. В этот раз Майкл ощутил сильную вибрацию, увидев американца. Они бросились друг к другу и обнялись. Человек сказал Майклу, что у него возникло чувство, что он должен привести Майкла к Бабаджи и что он искал Майкла. Он предложил им совершить омовение в Ганге и пойти к Бабаджи.
Они отправились в Аллахабад в дом, где ожидали Шри Бабаджи, но святой еще не прибыл в город. Майкл, его новый друг американец и хозяин дома С. П. Шривастава стояли возле комнаты для пудж, и Шривастава случайно открыл ставни окон. Майкл заглянул в комнату и увидел на стене фотографии того гуру, который явился ему в саду. Учитель был даже в тех же самых одеяниях. Майкл отказался выходить из дома до тех пор, пока он не увидит Бабаджи. Утром он прекратил пост, потому что нашел того гуру, которого искал. Но Бабаджи не приехал в этот день.
Бабаджи прибыл на следующее утро. Он прошел к палатке, которую соорудили специально для даршана и пения гимнов. Остановившись перед Майклом, Бабаджи взглянул на него, поднял руку, благославляя, и сказал: «Ты пришел». Майкл, понимая, что это означало «Ты, наконец, пришел», ответил: «Да, Баба, я пришел». Майкл последовал за Бабаджи под тент, сел и почувствовал, что его поиски увенчались успехом.
В это время у Майкла были длинные волосы, которыми он очень гордился. Бабаджи подозвал Майкла к себе и велел ему совершить мундан. Зная, что приказания гуру надо исполнять без колебаний, Майкл вышел из палатки и обрил голову. Вернувшись в палатку, он присоединился к другим приверженцам, и они провели остаток дня и всю ночь в пении гимнов, Майкл и его подруга провели три или четыре дня с Бабаджи в Аллахабаде, затем Бабаджи велел им ехать в Хайдакхан. Но сначала они должны были съездить в Бенарес за своими вещами. В это время миллионы людей уезжали из Аллахабада, и весь транспорт был переполнен. Когда они ходили по улицам города, пытаясь уехать, в голове Майкла звучала священная музыка и мантра «Ом Намах Шивая».