‒ Свадебное путешествие? – У меня от услышанной новости даже волосы встали дыбом. Наедине с этим мужчиной? Где? Сколько? Нет! Только не это!
‒ Милая, вы же едите в Париж на неделю. Всего неделя. Но вы должны съездить, отдохнуть и пообщаться наедине.
‒ Какой Париж, пап? Когда? – Я заволновалась с очередной силой, я не готова куда-то уехать… с ним. Я уже и отсюда готова сбежать.
‒ Да вот уже скоро вылет. Тебе не сказали до сих пор что ли? – Он весело рассмеялся.
‒ Нет!
‒ Правильно! Ты же такая нервная была. Никто и не рискнул сказать!
‒ Да вы надо мной издеваетесь что ли? – Я начинала злиться на то, что сейчас вокруг меня происходит и никто не хочет мне ничего объяснять.
‒ Можно у вас украсть мою жену? – Подошел Костя, прервав наш танец с отцом.
‒ Конечно можно. Ты уж береги ее! – Отец опять оторвал мои руки от себя и передал их Косте. А сам быстро скрылся в гостях.
Я посмотрела в его глаза, они искрились своей синевой и нежностью. Он держал меня за руки и улыбался, но увидев мое недовольное лицо, его улыбка начала погасать.
‒ Какой, нахрен, Париж? – Прошипела я.
‒ Который во Франции! – Грубо отрезал он, хмуро сдвинув брови.
‒ Я не поеду!
Он закатил глаза.
‒ Вот именно поэтому тебе никто ничего и не сказал. Чтобы твое огромное «Я» не разорвало от возмущения!
‒ Со мной надо было посоветоваться!
‒ Конечно! Может ты хотела на месяц на Мальдивы, вдвоем со мной? Или на Гавайи тоже вдвоем на месяц? Выбор был огромный! И везде МЫ ВДВОЕМ НА ОСТРОВЕ НА МЕСЯЦ!
‒ Я вообще никуда не хочу ехать, тем более с тобой!
На нас уже начали поглядывать гости с интересом. Костя притянул меня к себе за руки, которые все еще держал, прижал за талию к своему боку и почти потащил в сторону наших домиков, подальше от гостей. Я хотела отстраниться, но он крепко держал меня и шел вперед, не давая шанса вывернуться. Когда мы почти дошли до его домика, Костя отпустил меня, взял за руку и потянул дальше в дом. Я практически бежала за ним.
‒ Да что же ты делаешь?! – Мы занеслись в домик и он, наконец-то, меня отпустил, захлопнув за нами дверь. – Я никуда не поеду!
‒ Почему? – Он был зол, синеву глаз опять скрыла черная тьма.
‒ В Париж? В город влюбленных? Мы-то там что забыли?
‒ Родители решили, что нам с тобой стоит куда-нибудь съездить. Провести время вдвоем. Я выбрал самый лучший вариант. Всего одна неделя. Потерпишь меня, ничего с тобой не случится!
‒ У меня много работы! Мне некогда устраивать покатушки и тратить на тебя свое время! Я не хочу ничего и никого терпеть! – Я схватилась за спинку дивана и впилась в нее ногтями. Опять между нами долбанный диван.
‒ Оля уже все собрала, все куплено, заказано, оплачено и приготовлено! Ты думаешь, я не смогу тебя туда отвезти? Посадить в машину и в самолет? – Он говорил со мной со злостью, явно не рассчитывал, что я буду сопротивляться.
‒ Оля! Оля! Везде эта Оля! Жизнь мою устроила за моей спиной! Я ее уволю!
‒ Никого ты не уволишь! Ты едешь сейчас со мной в аэропорт, а потом летишь в этот гребаный Париж! Выбирай: ты делаешь это самостоятельно и с улыбкой или я затащу тебя с силой. Хотя есть еще варианты: таблетка или укол и ты проспишь всю дорогу. – Он сказал это с угрозой в голосе без малейшего намека на шутку. – Мы все равно будем завтра в Париже.
‒ Таблетка или укол? Ты больной? – Я была в ярости. Опять идет подчеркивание того факта, что я НИКТО и мнение мое никого не интересует.
‒ Просто с твоим ебнутым характером я подготовился к любому варианту. – Он сканировал меня своим злым взглядом не моргая.
‒ Да это ты какой-то еб… - Договорить я не успела.
Он опять перепрыгнул через диван, который тоже отказался послужить мне защитой от него. Прижал меня к себе, так что воздух из легких вышел практически весь.
‒ Осторожно, детка! Мы уезжаем сейчас. Тебе нужно что-то взять? – Грозно проговорил он, нависая надо мной.
‒ Я не поеду! – Пытаясь сохранить свою уверенность, прохрипела я.
‒ Я тебе сейчас укол вколю! – Он резко отпустил меня, подошел к комоду, выдвинул первый ящик и достал оттуда шприц с какой-то жидкостью. Я опять схватилась за спинку дивана, чтобы не упасть и быстро задышала. Что здесь вообще происходит?