‒ А что? – Спросил он уже совсем другим голосом.
‒ Расскажи, как ты нашел меня? Почему две недели? Ты знаешь вообще, кто такой этот Дима? – Мне было интересно, что происходило вокруг меня, вчера Костя мало, что сказал о поисках меня.
‒ Зачем оно тебе? – Он обошел стол и сел на свое место.
‒ Ты не хочешь мне ничего рассказывать? Почему? Кто он такой? ‒ Он очень резко закрылся от меня. Но почему?
‒ Тебе это не надо. Больше он тебя не получит. – Твердо произнес он.
‒ Хорошо, не расскажешь ты, расскажет как обычно кто-нибудь другой. – С ним очень сложно вести диалог. Или монолог или молчание – это и все наше общение.
‒ Никто тебе ничего в этот раз не расскажет.
‒ Да в чем дело-то? Что ты скрываешь от меня? Расскажи! Тебе кто-то запретил мне рассказывать? Кто? Отец?
‒ Мне никто ничего не запрещал! – Уже сердито произнес он, поджав свои губы в тонкую линию.
‒ Тогда расскажи мне, что за человек держал меня у себя две недели? И почему вернул тебе? Хотя он говорил, что будет держать меня два месяца рядом с собой.
Костя недовольно хмурился и начал просто есть свой завтрак, не смотря на меня. Отлично поговорили! Мои вопросы летали в воздухе, но оставались без ответа. Я тоже села за стол, ела свой завтрак и пила чай. Ну, если хочешь молчать – молчи! Он ощетинился, когда я сказала про отца. Значит этот лис что-то знает. Надо ехать к нему. Это он виноват в том, что меня таскали неизвестно где две недели.
‒ Я поеду к отцу. Может быть он мне что-нибудь расскажет. – Подытожила я наше молчание.
‒ Хорошо! Я расскажу тебе то, что ты должна знать! – Раздраженно ответил мне он.
Мы смотрели друг другу в глаза, уступать я не собиралась. Хоть я и промолчала, но все равно поеду к отцу.
‒ Я внимательно тебя слушаю, Константин. – Мы так и буравили друг друга взглядами, никто не прогибался. Костя злился, но на меня это особо не действовало. Я тоже могу разозлиться. А разозленной он меня еще не видел, так только слегка заведенной. Да и вообще, сколько можно меня пытаться прогнуть принудительно? Я прогибаюсь только тогда, когда сама хочу этого.
‒ Я знаю, что рассказал тебе Саня. Он много чего приукрасил и наврал, так как он проклятый наркоман. Поэтому я не хотел, чтобы ты с ним тогда общалась, хоть и не знал, что вы знакомы. Он давно употребляет и создает немало проблем всем вокруг. Это из-за его длинного языка Дима узнал, как можно это наследство получить и что сроки сжимаются. Он следил за тобой и подстроил твое похищение. Но у него ничего не вышло, а Саня сейчас в лечебнице.
На самом деле, когда наши отцы были молодыми друзьями, их было четверо. Когда они приняли решение завязать с наркотой, один из них за их спинами продолжил ею заниматься. Когда они об этом узнали, то сдали его. Он сбежал и спрятался, его так и не смогли найти, но он продолжил заниматься наркотой.
Теперь его сын продолжает дело отца, проворачивает те же самые махинации и его никто не может поймать. Это он тебя и украл. Две недели назад он опять провернул одно дело и залег на дно, прихватив и тебя с собой.
Он опасный человек, не жалеет никого, убирает даже своих людей, которым он перестает доверять. Или которые ему перестают нравиться. На него работают люди, которые не предадут его. Он безжалостный убийца.
Если он тебя вернул, то значит и на это есть причина. И он с легкостью может попытаться забрать тебя в любое время. Он хочет показать мне свою власть в этом городе. Но теперь я готов, я знаю, как его поймать.
То, что ты мне рассказала многое поставило на свои места.
‒ Почему он перевозил меня?
‒ Потому что я искал тебя и нашел первый дом.
‒ А второй?
‒ Еще нет.
‒ Почему он вернул меня?
‒ Вот этого я не знаю. Возможно еще раз показать мне, что я не смогу тебя защитить.
‒ У тебя в окружении есть его люди. – Немного задумавшись сказала я.
‒ У тебя тоже.
У меня сердце пропустило удар. У меня предатель? Опять страх прошелся по коже легкой дрожью. Я не хочу, чтобы Дима опять меня похищал, но он следит за мной. И что мне делать? Как защититься, если меня не смогли отбить у него тогда?